Я сейчас раскую тебя, и ты будешь свободен ходить и вообще передвигаться. Hо ты сам понимаешь, что должен быть осторожен. Тебе ведь ясно, что ты продолжаешь оставаться моим рабом, и должен неотлучно находиться рядом и быть готовым беспрекословно выполнять свои обязанности. Попробуй только сделать какое-нибудь неаккуратное движение, я уж не говорю о попытке к бегству - и тебя ждет суровая кара. Хлыст, который ты испробовал вчера - это еще далеко не все, что припасено в моем арсенале для рабов. Да убежать тебе и не удастся. Махмуд гораздо сильнее и ловчее тебя, а кроме того, он тут не один стоит на страже моих интересов и наслаждений. Так что будь осторожен." С этими словами Сара сделала несколько движений рукой, и мои наручники и цепи, сковывавшие мои движения, упали. Я был физически свободен. Сара велела мне встать на колени рядом с креслом, в котором расположился негр, а сама на четвереньках подползла к нему и почтительно взяла в свой ротик его опавшую плоть. Под ее губами этот ужасный член стал наливаться кровью, разбухая и становясь все больше в размерах. И моя чувственность взыграла при виде того, как этот нежный ротик, это хрупкое белое горло принимают в себя все глубже этот огромный черный фаллос. Сара сосала его самозабвенно, член входил и выходил из ее рта ритмично, как поршень. Сара смачивала его обильной слюной, он сверкал. Одновременно она запустила руку себе между ног и стала возбуждать себя пальцами. Оторвавшись на секунду от члена, она повернулась ко мне и скомандовала: "Hу, раб, не видишь что ли, мне необходима дополнительная ласка. Давай." Я сразу понял, что хочет Сара, глядя на ее вздрагивающую от страсти и нетерпения попу. Я подполз к этой белоснежной попе и уткнулся лицом в расщелину между ягодицами. Там все было мокрое, и я, раздвигая лицом попу Сары, наконец, нащупал языком ее анальное отверстие. Оно было сильнорастянуто и тоже мокро. Колечке заднего прохода было воспалено, вкус его был солоноватый. Стараясь высунуть язык как можно дальше, я стал залезать им прямо в самую глубину заднего прохода женщины. Делать это сначала было довольно неудобно потому что Сара поминутно дергалась всем телом, конвульсивно сжимаясь и подрагивая от наслаждения. Поминутно ее сотрясали оргазмы, которым она сама несомненно, давно потеряла счет. Все свое внимание женщина уделяла огромному негритянскому члену, ко торый шуровал в ее рту и горле. Она в данную минуту жила этим ощущением члена, который с таким наслаждением обсасывала... Передо мной была только одна проблема. Я не знал, что мне делать с моим бедным членом, который уже столько раз поднимался безрезультатно. Мне тоже очень хотелось принять более активное участие в игре, но теперь я не был уверен, что горилла Махмуд захочет делить со мной белую женщину, и сама Сара теперь захочет отдаваться тому, кого она сделала своим рабом. Мой язык без устали сновал в заднем проходе сосущей Сары. Там было влажно и горячо. Когда, наконец, негр излился в ротик женщине, она разрешила и мне закончить облизывать ее задницу. Отвалившись от вожделенного ею члена и облизываясь блаженно, Сара посмотрела на меня, потом перевела взгляд на мой фаллос, который так и остался в стоячем положении и расхохоталась. "Бедненький, тебе так хочется, что даже жалко на тебя смотреть. Hо меня ты больше не получишь. Оставь эту надежду, раб. Hу, хорошо, я обещаю подумать, как облегчить твое положение." Спустя несколько минут Сара вышла и вернулась некоторое время спустя. Она выглядела довольной. Глаза ее горели.
