в сторону, но он схватил ее лицо обеими руками. - Ты пососешь меня, сука, - сказал он , - и будешь делать так, как будто тебе это нравится, или я придушу тебя. К этому времени Джулия был так разбита, что еле поняла, что он сказал. Но она открыла рот и позволила его грубому члену проникнуть между ее губами. - Теперь соси его, бэби, соси хорошенько, как будто твоя жизнь зависит от этого. Джулия сосала его петуха, а он непринужденно толкал его внутрь и наружу из ее рта. - Используй язык, бэби... Она повиновалась и стала водить языком по его длинному, шершавому члену. Тогда он водвинул его на всю длину в ее рот. Джулия почти задохнулась, когда почувствовала конец, упирающийся в заднюю стенку ее горла. Она видела, как он усмехается сверху вниз с самодовольным выражением. Беспомощное тело Джулии теперь насиловали всеми возможными способами. Она не знала, сколько времени прошло прежде, чем петух татуированного начал дергаться и пульсировать внутри ее задницы. Он сжал ее груди так сильно, как будто собирался оторвать их. - О черт! ...сейчас я кончу, сука! Она почувствовала, как его теплое содержимое заполнило ее попу. Это, казалось, возбудило брюнета еще больше, и он начал вставлять в ее рот быстрее и сильнее. Джулия чувствовала слабость и удушье. Тогда он влил сперму глубоко в ее горло, и ей оставалось только проглотить все это. Она поперхнулась и закашляла, когда он вытянул своего смягчившегося петуха из ее рта. Здоровяк все еще тяжело работал в ее киске. Его огромный член, задранный кверху, почти приподнимал ее над землей с силой подъемного крана. Пот с его лба капал вниз, на ее плоский живот. Татуированный вышел из ее попы, но все еще держал ее. - Давай ее в жопу, мужик! - Нет! - крикнула Джулия. Здоровяк вытянул своего толстого петуха из киски и водвинул его в попу. Джулия закричала снова, растяжение сфинктра было невыносимо. Его бедра нещадно расплющивали дольки ее попы, пока она не почувствовала струю его теплого семени в самой глубине ее анального канала. Тогда Джулия лишилась чувств... Когда она, наконец проснулась, шел дождь. Ее путы были сняты, и она лежала, раскинув руки и ноги на мокрой земле. Каждый мускул ее тела ужасно болел, нутро саднило, но чувствовало себя свободным от проникновений, которые пришлось вынести. Джулия полежала еще и осмотрелась, чтобы убедиться, что ее насильники ушли, тогда она медленно собрала свои вещи и оделась... В конечном счете раны зажили, преступники были пойманы и осуждены. Но насилие осталось для нее травмой, и даже сегодня Джулия все еще не может заставить себя войти в лес одной.
Один день преподавателя математики