с другом. Когда Танька кончала в очередной раз, я всосал все, что было в ее пизде и выдал ей в рот из своего рта. И она, насосав молофьи, заставила высосать из ее рта все, что я туда вылил. Вкус действительно был пресным, в отличии от кисленькой жидкости Танюхи. И с тех пор мы ублажали себя не только руками, но и ртом. Быстро освоили позу шестьдесят девять, хотя и не знали, что это так называется и ласкались одновременно. Иногда ночью, когда я просыпался от стоячки, всовывал Таньке в рот и она во сне отсасывала мне, проглатывая сперму. Мы не еблись по-настоящему, потому что Танька была целкой, а ломать целку не хотели. Попробовали раз в зад, но Таньке не понравилось. Вытерпев до конца, пока я не кончил, она отказалась от этого способа. Сказала, что было больно и потом долго жгло огнем. Видимо ее дырочка была слишком узенькой даже для детского хуечка, хотя пальцем в жопу я ее ебал и ей это нравилось. Но и палец поменьше и потоньше будет. А может плохо подготовили задницу, или еще что, но давать в зад Танюха отказалась. Я ебал Таньку промеж ляжек, когда она лежала на спине, сжав ноги, а я ебал ее ляжки, смазанные вазелином для скольжения. Или ложилась на живот и я тыкался промеж ягодиц, упираясь в дырочку попы, спускал, стараясь прижаться плотнее к этой дырочке. Танька говорила, что молофья попадала в задницу и это было приятно. И даже головка проходила чуть-чуть, но дальше меня не пускали. Сегодня мы лежали и читали книжку. На нас, по причине теплой погоды, было одежды по минимуму. На Таньке платьице на голое тело, а на мне трусы. Когда Танька ворочалась, платье задиралось и появлялась Танюхина пизденка, которую я тут же принимался лапать. Танька сердилась, что мешаю читать и одергивала платье. А потом все начиналось сызнова. Так перемеживая баловство с чтением, наткнулись на мудренное слово. Это слово было "эрогированный" и читалось в том смысле, что у мужчины эрогированный член должен быть тринадцать - пятнадцать сантиметров. Долго гадали и ломали голову, пока не дошло, что эрогированный, значит просто стоячий. И Таньке в голову пришло промерять мой член в "эрогированном состоянии". Она мухой метнулась в бабкину комнату и притащила портняжный метр. А уж эрогировать, то есть поставить хуй было делом техники и пары минут времени. Даже меньше. Танюха стянула с себя платье, я снял трусы. Она пару раз соснула, лизнула головку и вот он, красавец, заторчал, обнаж ив красную головку. Порешали, что мерять надо от лобка и до конца. А конец-то закругленный. Тогда приставили к концу книгу и Танюха произвела измерения. Оказалось тринадцать с половиной сантиметров. Но так должно быть у взрослых мужиков, а я-то еще пацан. Танька принесла простую школьную линейку, но и она показала тот же результат. Решили, что мне с таким хуем теперь можно и взрослых баб ебать, только вот взять их негде. Какая деревенская баба даст пацану? Ну раз нет бабы, побаловались как умели, поласкали друг дружку. Устали, проголадались, а тут и бабка вскоре заявилась. С той поры мы с Танюхой хотя бы раз в неделю измеряли мое достоинство, записывали в тетрадку результат. К возвращению моих родителей из командировки у меня хуй подрос до шестнадцати сантиметров, потолстел и почему-то изогнулся в левую сторону. А Таньке я так и не засадил по-настоящему.
Приключения Буратины. Часть 2. Мудрый совет.