Началось всё как-то быстро. Внезапно, как по мановению волшебной палочки изменилась погода и день, казалось, поменялся с ночью. Такого на моей памяти точно ещё не случалось. Вначале в воздухе повеяло чем-то тревожным и влажным. Небо потемнело и со ввсей своей необъятной тяжестью навалилось на землю. Всё затихло вокруг и насторожилось. Ветра небыло, деревья и трава под тяжестью плотного серого неба,спускающегося всё ниже и ниже,стояли неподвижно и с порывами лёгкого и редкого ветерка нехотя поддавалась и легонько покачивали ветками и макушками сухих венчиков на высокой траве. Вообще осенью довольно часто случались дожди, и даже наступление зимы не обещало того, что должен пойти снег, но, то, что приближалось, было чем-то необычным, и тогда я ещё не догадывался насколько необычным...Я шёл по тропе, протоптанной среди скалистых выступов и по небольшим холмам и взгоркам вдоль берега озера. Тропа проходила поотдаль, и по этому, шум воды доносился очень слабо, а теперь и вовсе вода превратилась в почти ровное, неподвижное зеркало. Слева метрах в стапятидесяти начинались деревья и плавно поднимались на горную гряду, тянущуюся вдоль озера. Эта гряда была невысокой, но местами особенно по верху попадались скалистые утёсы и такие-же, скалистые выступы в виде огромных валунов были и у самого берега.Это была уже поздняя осень, но на некоторых деревьях всё ещё оставались листья, некоторые стояли уже совсем голые. Трава всё ещё в основном была зелёной, лишь высокие растения пожелтели и поникли. У тропинки растения почти все были сухими и трава, временами, шуршала под ногами.До нашего посёлка было ещё далеко. Тропинка извивалась по взгоркам, справа неподвижное тёмное озеро, слева растрёпанная как во время линьки гора. Я хотел поторопиться, стало темно и мрачно, но я почувствовал, что из-за быстрой ходьбы, становилось жарковато, а прохладного ветерка всё ещё небыло. Я знал, что перед дождём должен был подуть ветерок, но тогда его небыло. Уже стало темно как поздним вечером. Небо было уже не просто серым, а тёмным и тяжёлым. Свет проникал откуда-то сзади сквозь узкую щель над горизонтом.Резкий порыв ветра поднял тучу пыли, сухой травы и даже мелкие ветки. Я пригнулся, укрываясь руками и продолжая идти, и всё резко прекратилось и замерло. Снова наступила тишина. Я прошёл еще не много, и такие порывы становились всё чаще и чаще. И так всё закружилось. Ветер становился всё сильнее и сильнее. Стало влажно, захлестал дождь, а ветер нёс его капли почти параллельно земле и больно хлестал по глазам и лицу. Мне приходилось прикрывать лицо руками. Дождь прекратился внезапно, но ветер не прекращался и всё дул и дул прямо в лицо. Спускаясь в очередную ложбину, я открывал глаза и переводил дух. До посёлка было ещё не близко. Мне казалось, что я иду уже целую вечность, и радовало лишь одно, что ветер просушил промокшую под дождём одежду.Радость эта была не долгой, так-как стало ещё хуже. Так же внезапно стало холодно, ветер пронизывал до костей и начал срываться снег. Сначала это были редкие снежинки как маленькие острые иголочки, впивающиеся в кожу. Я не раз подумал; почему не оделся теплее, но кто-же мог знать...Порывы ветра приносили всё больше и больше снега, мокрые камни под ногами стали скользкими. Озеро было справа, но шум от воды уносимый ветром доносился сзади. Черные волны вздымались и обрушивались на прибрежные камни. Хорошо, что тропа проходила не у самой воды.Прямо на глазах начали вырастать сугробы. Находя какое-нибудь препятствие, снег сразу же начинал набиваться туда, образуя вытянутый холмик, а затем срывался и уносился дальше.
С коллегой