головой, глубоко насаженной на член, чувствуя, как бьётся моё сердце. Пару раз она мотала головой, не в силах справиться с моей елдой глубоко у себя в горле, постанывала, пытаясь высвободиться, но я немилосердно продолжал крепко держать её за голову, с силой впихивая свою булаву глубже ей в рот. Я долго вот так трахал её в рот, медленными и размеренными толчками на всю длину своего члена. Мама уже работала ртом как автомат, впуская и выпуская с чмокающим звуком из себя мой член, трогательно стремясь доставить мне наибольшее удовольствие.Несколько раз я тянул её за волосы, снимал её рот со своего члена, чтобы посмотреть ей в глаза, не сильно шлёпал её ладонью по щеке, тянул к себе и со смаком целовал её в губы долгими поцелуями. И, конечно, снова возвращал маму на член, наслаждаясь видом, как её губы растягиваются, когда в ее рот входит моя возбуждённая залупа.Её покорность безумно заводила меня. У меня не так уж и много было в жизни женщин так безропотно и послушно готовых отдать себя в постели моим капризам и желаниям. Чувствуя, что нахожусь уже на самой грани, я изо всей силы вогнал член в покорный женский рот, напрягся и выстрелил в горло матери мощную струю горячего семени. Бедная мама давилась, но покорно глотала, зажатая в моих сильных руках. Я долго изливался в её рот, прижимая её лицо к своим бёдрам, пока не истощился досуха. Но и потом, всё - равно, не отпустил из плена своих рук мамину голову, продолжая оставаться в ней и наслаждаясь ощущением теплоты ее рта. Это было потрясающие, ни с чем несравнимые ощущения.****** Я по - хозяйски ладонью мял мамину грудь, пока сама мама стояла передо мной голая и тщательно намыливала мою грудь и живот большой мочалкой. Мой возбуждённый член снова упёрся ей в бедро и она опять густо покраснела. Я наблюдал, как её лицо, шея и даже грудь медленно заливается румянцем. Дело было уже вечером. Моя банька, пристроенная к дому, была жарко истоплена. Маленькое помещение было заполнено густыми клубами жаркого пара. Мама, конечно, всеми силами пыталась не обращать внимания на мою эрекцию. Хотя, учитывая размеры, как раз - таки не обращать на это внимание было невозможно. Ещё в предбаннике, когда мы с матерью раздевались, мой член уже начал оживать и наливаться кровью. А в бане, при виде голенькой матери, склонившейся с ковшиком над печкой мой член мгновенно одеревенел. Вдруг мама остановилась и подняла голову, посмотрев мне прямо в глаза: - Игорь, тебе, как будто доставляет удовольствие обращаться со мной именно так? - её глаза даже потемнели. Я нежно погладил её по щеке: - Как мам? Она потупилась: - Ну, ты всегда был со мной очень внимателен, нежен и почтителен.. А теперь.. Ты прямо груб со мной.. Ну, когда мы наедине.. Я чувствую себя, прям какой-то шлюхой, ей – богу.. Твой отец никогда со мной так не обращался. Я улыбнулся ей:
У меня две любовницы, одной 24, другой 45