Категории: Гомосексуалы
Добавлен: 18.05.2018 в 14:36
меня не любит. - Как вам не грех?! Разве она не отличала вас на прогулках, везде... Разве вы ее не целовали, наконец? - Я сам подходил к ней на прогулках, везде, я ее целовал, потому что я любил ее, был влюблен в нее. Она позволяла только это делать. - Но чего же вам больше нужно, глупый вы человек? - Чтобы она сама меня любила. - Но что же для этого нужно делать: вешаться вам на шею, бегать за вами и целовать руки? Этого, пожалуй, вы не дождетесь. - Я не знаю. - Поймите же, это смешно, вы не барышня. Чего вы хотите? - Я не знаю, - с тоской промолвил Ваня. - Варя чистая девушка и любит вас. - Я - тоже чистый, - тихо прошептал мальчик. Соня быстро взглянула на него, усмехнувшись, и заметила: - Это совсем другое дело. - Потом, здруг, будто озаренная мыслью, на весь луг воскликнула: - Вы влюбились в Аглаю? да? да? - Я не знаю, оставьте меня в покое! - весь вспыхнув, ответил тот и бросился бежать вперед. - Что случилось? - спрашивали подоспевшие сестры. Сидя на траве, Соня громко смеялась, повторяя: - Он сошел с ума: влюбился в Аглаю! - Как тебе не стыдно. Соня! - проговорила Варенька, надувая губки. Глава шестая Так тихо, так успокоительно, так безмятежно было, бросив весла, стоять в челноке на гладком, спокойном, белесовато-голубом озере. Аглая Николаевна, распустив белый зонтик, молчала, молчал и Ваня, сняв белую фуражку, так что причесанные теперь на пробор волосы казались золотыми на солнце. - Вы очень хорошенький, Ваня, вы знаете? у вас зеленые глаза и отлично очерченный рот, у вас нежные руки и длинные ноги. Покажите вашу шею: по шее можно судить о цвете кожи на теле. Ничего, розовата и нежна. Ваня хотел добавить: "А на плече у меня родинка", но воздержался. Аглая меж тем продолжала: - Вы знаете, что вы недурны? - Да, знаю. Аглая, несколько недовольная, спросила: - Кто же вам это говорил? - Никто, я сам знаю. Дома, разливая чай, дама спросила: - У вас, Ваня, много знакомых молодых людей, товарищей? - Почти совсем нет. - Это жалко! - протянула Аглая. Чтобы поправиться, Ваня быстро произнес: - Вот я хожу к Комаровым; там бывают кавалеры. - Когда вы отучитесь от этого ужасного слова? Но это совсем не то. Как вы не понимаете? - У меня есть дядя, есть вы, - прибавил он робко. - Да, это, конечно; но это опять не то. Ваня робко взял Аглаину руку, молвив: - Чего ж мне больше желать? Если вы позволите быть всегда около вас, если и вам это будет приятно, чего ж мне больше желать? - Конечно, мне это будет приятно: вы такой милый мальчик, на вас приятно смотреть, хочется вас погладить, приласкать, - но не боитесь ли вы такой дружбы? она легко может перейти в другое чувство. - С моей стороны? - спросил Ваня, как-то задыхаясь. - И с вашей, и с моей, - ответила Аглая серьезно. Ваня вдруг перешел к месту, где сидела Аглая, опустился у ее стула на пол и прошептал: "Аглая Николаевна, вот я люблю вас". Она же, наклонись и как-то некстати рассмеявшись, стала покрывать быстрыми и острыми поцелуями волосы, лоб, глаза, щеки и губы мальчика. "И вы, и вы?" - будто ошеломленный, шептал Ваня, обнимая ее колени. Аглая, словно вспомнив что-то важное, взяла тонкую китайскую чашку и,
Т**а (часть первая)