труда разглядел плотные мясистые валики её половых губ. Увидев мой взгляд, Люська быстро села на диван.--А чего ты развёлся?--Не сошлись характерами— ухмыльнулся я,-- ссорились часто.--А Вовка?--С ним я вижусь. Иногда.Люська постелила мне в дальней комнате, и мы уселись на диван смотреть телевизор. Шла какая-то фигня, и мы просто сидели рядом и смотрели эту фигню.--Слушай, Олег, я так устала! Можно я лягу, а голову положу тебе на ноги?--Конечно! Только подложи что-нибудь под голову.Люська взяла потрёпанного плюшевого медведя, с которым играла ещё ребёнком, положила его мне на ноги, и легла на диван, уложив голову на игрушку--Помнишь этого медведя? Я с ним ещё в первом классе играла!Она поправила медведя и взяла мою руку.--Какая у тебя нежная рука!--Правда?— Я не знал, что сказать.--Да. Погладь меня по голове.Она положила мою руку к себе на голову. Я осторожно стал перебирать её локоны, гладить ушки. Если бы не медведь, она бы всё поняла. Член моментально встал, но я боялся пошевелиться и поправить его.За окном смеркалось, но свет мы так и не зажгли, и только телевизор освещал комнату. Я гладил Люську по волосам, член ныл, яйца ломило. Она лежала неподвижно и молчала, только иногда глубоко вздыхала.Мои руки уже гладили её шею, забирались под плечики халата и нежно поглаживали там, но пустить руки дальше я не решался. На её шее бешено пульсировала какая -то жилка.Надо было решать—идти спать или гладить дальше. Я выбрал второе.Очень осторожно я стал двигать руку дальше.(Халат почти не мешал).Вот уже нежная мякоть её груди!Я словно оглох от стука своего сердца. Почти не касаясь груди, я протянул пальцы чуть дальше и взял ими Люськин сосок. Он был большим и выпуклым. Под моими пальцами сосок съёжился.Плохо соображая, я просунул обе руки под Люськин халат и стал тискать её большую горячую грудь. Люська молчала и прерывисто дышала.Не знаю, сколько это продолжалось, но это требовало продолжения ,к которому я был не готов. Я осторожно выбрался из-под медведя и пошёл в душ. Стоя под душем, я размышлял, что же я хочу достичь, тиская пышные формы племянницы- малолетки? Засунуть ей свои двадцать пять сантиметров? (Да, да, двадцать пять, бывшая жена сама измеряла в медовый месяц!) Да и возможно ли засунуть член взрослого мужчины в её подростковую письку?А Ольга? Она же мне доверяет! Да и залетит Люська, не дай бог. Бывшая меня всегда упрекала, что я поздно вынимаю.А с чего я взял, что Люська будет со мной трахаться? Разрешать себя гладить - это одно, а всякие крайности - это другое. Может, она ещё девочка. Напоследок окатив холодной водой свои двадцать пять сантиметров, которые никак не желали уменьшаться и требовали продолжения, я пошел спать.Проходя через большую комнату, я заметил, что Люська разобрала диван и легла, отвернувшись к стене. Я тихо сказал: «Спокойной ночи», но она не ответила. Может, уже спала.Уснул я удивительно быстро, но проспал, по- моему, недолго .Проснулся я от шороха. Открыв глаза, я увидел Люську, стоящую в ночнушке на пороге моей комнаты.--Ты что, Люсь?— Хрипло спросил я. ---Можно к тебе, а то мне страшно.Только сейчас я разглядел у неё в руках одеяло. Интересно, а ведь моя сестра всю жизнь дежурит сутками! Значит, дело не в страхе!--Ну, я не знаю. Как-то неловко.--Я на краешке, хорошо?И не дожидаясь ответа, Люська быстро легла на краю кровати, накрывшись принесённым одеялом. Наступила пауза. --Я не знаю, Люсь,-- промямлил я.--Всё нормально, спи.Она отвернулась от меня и прижалась ко
Долгая ночь