оскарблять меня. Постепено она разозлила меня мы выскочили с тераски в сад, там Настя остановилась и развернулась лицом ко мне я сжав кулаки подходил к ней. И тут я понял что немогу её ударить Настя была старше меня и выглядела крупнее но я ясно увидел что против меня у неё нет шансов начни я драться по настоящиму. Откудато пришло понимание хрупкости женского организма я понял что ударив её я могу что нибудь повредить в ней а этого я не хотел и не мог. Настя мгновенно поняла моё состояние и ей стало весело, она расмеялась и продолжила [недозволенные речи]. Она буквально притонцовывола на месте поравда глазами она передовала совсем другие мысли. И я не выдержал определив куда и как её можно ударить без ущерба для её организма я разжал кулаки схватив Настю за правую руку левой рукой ирванул её на себя заставив Настю сделать шаг вперёд и развернуться ко мне спиной и ладонью правой руки нанёс два удара по одному на каждую половинку попы. Нас обоих охватило новое ощущение мы замерли я потому что с одной стороны злость неожидонно ушла, но я и почувствовал что мне нравятся новые ощущения. Нравятся ощущение которое возникает на лодони при шлепке и то как Настя замерла непытаясь вырваться или прикрытся. Я нанёс ей ещё четыре удара неослабляя силы уже бес злости а наслаждаясь ощущением как ладонь какбы сканирует то место с которым соприкосается. Настя всё также непыталась вырваться я выпустил её развернулся и пошёл на тераску. Во мне боролись разные чувства в 88 году я нечего незнал о садо-мазо, а со стороны общепринятой морали я совершил похой поступок.
В подъезде