и я тебя исследовала?.. Пожалуйста… Но что это такое там у тебя?..- Уж будто не ведаешь? Не хочешь ли ты сказать, что всё ещё прохлаждаешься в девушках?- Я ничего такого сказать не хочу, но признаюсь, что в руках такую штучку держать не приходилось…- А видеть?- Если только мельком…- Хочешь взглянуть?Я молчу, но пальцы мои продолжают перебирать предмет нашего разговора.- Что ж, всему своё время… А пока я продолжу своё исследование… Ну-ка, покажи мне свои коленки!.. Да, остренькие…- Уколоться можно…- Не думаю… А что там выше?..- Говорю же: кожа да кости!..- Ну, ты скажешь тоже… Есть, что пощупать… Но хотелось бы взглянуть на бёдра… Может, снимем всё-таки платье!- Нет, нет! Давай без этого!- То есть, без платья?- И не думай об этом!- Почему?- Тут так светло, и я буду смущаться…- Чего?- Своей худобы…- Далась тебе твоя худоба… А что мне делать с твоими штанишками? Они мне мешают…- Мешают, говоришь? — переспрашиваю я и, вынимая свою ладонь из его ширинки, предлагаю: — Встань-ка на минутку и не смотри на меня… Займись лучше своим костюмом… Или он тебе не мешает?..- Ты имеешь в виду брюки?- И пиджак…- А трусы?..- Какой ты догадливый… Давай, давай, поторапливайся… И позволь мне заняться собой…Яшин вскакивает на пол и принимается расстёгивать ремень на брюках, а когда те падают на пол, выходит из них, после чего снимает с себя и вешает на спинку стула пиджак, в то время как я, водрузив на крышку стола свои ноги, опрокидываюсь навзничь, приподнимаю таз и пытаюсь освободиться от трусов.- Помочь? — спрашивает он и берётся за подол моего платья.- Не тронь, тебе говорят… И не смотри!.. Отвернись же!.. Займись лучше своими!..- Хорошо, хорошо!..- Не подглядываешь?- Нет!..Правда, в стекле книжного шкафа смутно отражается его силуэт. А значит и он может разглядеть, как я, задрав подол платья, стаскиваю с бёдер трусы, отбрасываю их в сторону, после чего натягиваю подол на бёдра и снова ложусь на спину.- Ну вот, — говорит он, оборачиваясь ко мне.- Что вот?- Теперь мы в равном положении, без исподнего…- И что из того? Долго ты в таком виде будешь маячить передо мной?.. Начал, так доводи дело до конца… У нас не так уж и много времени…- Тогда подвинься, позволь мне поместиться рядышком… Вот так… Поцелуемся?..- Чего-чего, а это с удовольствием!Я живо поворачиваюсь, обнимаю Яшина за шею и впиваюсь в его губы. Одна его рука оказывается прижатой к крышке стола, другую же он устремляет к краю подола, а затем — уже под ним — вверх по бёдрам, которые, на секунду сжавшись, потом покорно сами собой раздвинулись.- Продолжаешь исследование? — спрашиваю я, оторвавшись от его уст, чтобы перевести дыхание. — И как находишь?.. Не укололся ещё?..- Ну что ты! — успокаивает он. — Тут так приятно!..- Что же там такого приятного нашёл?- Бугорок, покрытый мягким мхом, и щелочку, где, кажется, уже…- Молчи! — прерываю я его разъяснения, закрыв ему рот ладонью и покрывая поцелуями.- Не могу! Мне подол твоей юбки мешает… Приподними-ка попку! Вот так…Всё дальнейшее происходит почти без слов. Яшин оказывается сверху. Мои коленки подняты и раздвинуты. И ему ничего другого не остаётся, как ввести своё естество в мои открытые настежь врата, углубиться во влажное и тёплое нутро и начать там ёрзать взад-вперёд.«А он ничего! — рассуждаю я тем временем про себя.Особо не подмахиваю, но глаза закатываю от удовольствия… Сегодня это у него наверняка уже второй раз, да и выпить ему пришлось
Случайно подсмотрел