нему, занятая приготовлением пищи, Мурченкова громко зовёт дочку и спрашивает, знает ли она, что наступило время готовиться ко сну.- Я ещё поиграю, — отвечает та.- Только несколько минут, а потом иди умываться и укладывайся в постельку. Покажи дяде, какая ты у нас послушная…- А ты придёшь мне сказку почитать?- Не знаю, Светик, приду ли. Видишь, я занята гостем. И, пожалуй-ста, не мешай нашему разговору. Так на чём мы с вами, Евгений Алексеевич, остановились?- На Чайковском. Я спросил, откуда вашему мужу известно, что я читаю в библиотеке.- Служба такая, заставляет быть любопытным… Ну да хватит пока об этом… Возвращайтесь в гостиную и скажите Свете, что мама напоминает ей — пора спать. А я сейчас принесу вам поесть.Девочка, выслушав от него это указание, послушно идёт в свою комнату, а из кухни раздаются звуки чего-то зашипевшего на сково-родке.- Можете пока достать из серванта тарелки, ножи и вилки… Если в ожидании чая, который я ещё не поставила, желаете горло промо-чить, доставайте рюмки и посмотрите в секретере, что рядом с сер-вантом, что будете пить.Открыв крышку секретера, Женя не выдерживает и свистит…- Что поразило ваше любопытство? — спрашивает хозяйка, входя в гостиную с глубокой сковородкой и вываливая из неё на тарелку куски мяса с жаренным и приправленным луком картофелем.- Глаза разбегаются… Коньяк французский, виски шотландские, вермут итальянский, белое рейнское… Бог ты мой!- Я в этом деле ничего не понимаю, да и Толя тоже… Так что выби-райте, что хотите.- Но я в затруднении именно потому, что малость в этом понимаю. Вы сами-то составите мне кампанию?- Да давайте уж.- Что будите? Крепкое или лёгкое?- Лёгкое.- Сухое или полусухое, белое или красное? И чего только тут нет!- Не знаю даже… Если можно, то что-нибудь сладенькое.- Ага, есть и такое — вермут, причём в початой бутылке.- Давайте я достану бокалы… Вот… Наливайте…- Наливаю… За ваше здоровье!- А что, чокаться не будем?- Почему же не будем? Чокнемся.Женя пробует содержимое бокала на язык, затем, подержав аро-матную и терпкую жидкость во рту, отпивает побольше.- Великолепно!- А вы чего не закусываете?- Успею, хочу как следует распробовать эту прелесть.И отпивает ещё, но опять-таки не до конца.- Закусывайте же! Не то запьянеете!- И хорошо! Разве не ради этого наши предки на далёком юге вы-ращивали виноград и затем перегоняли его в вино? А вы чего не пьё-те? Не понравилось?- Боюсь захмелеть.Допив бокал, Женя вооружается ножом и вилкой и принимается за мясо и картофель. А так как он был голоден, то уплетает настолько энергично, что через пару — другую минут тарелка пустеет. Заметив это, хозяйка восклицает:- Боже мой! Надо было приготовить больше, ведь вы же, в отличие от меня, не обедали и не ужинали. Совсем упустила это из виду. Пойду погляжу, что там можно сделать ещё. И чай поставлю.- Умоляю вас, Татьяна Фёдоровна, погодите!Он берёт её, уже привставшую, за руку и решительно усаживает на стул.- Посидите со мной! Допейте своё вино.- Тогда наливайте себе.- Можно и вам подлить?- Уж не хотите ли вы меня споить?- Ни в коем случае! Просто не могу пить в одиночку.- Так у меня же есть, и я не отказываюсь.- Вот и прекрасно. Я хочу выпить за вас, как за моего ангела-хранителя. А новый тост требует, чтобы бокалы были полны.- Что с вами делать? Доливайте. Не знаю только, смогу ли я всё это одолеть?Следуя его примеру, она пьёт небольшими глотками. Глаза её за-туманиваются. Ему тоже слегка ударяет в голову, о чём он не преми-нул
Олег