в тебе кроется такой вулкан страстей!- А вот! – засмеялась я, отмечая про себя, что Владимир Николаевич наконец-то перешел ко мне на «ты». Так мы пролежали еще несколько сладких минут. За окном немноголюдная улица уже давно горела ночными фонарями. - И вечер этот был насыщен, и удивить его ничем нельзя! – с пафосом цитировал какого-то классика довольный Владимир Николаевич.- Прямо уж так и нельзя! – шуточно язвительно отозвалась я. – А если … – я прошептала ему на ухо и захихикала.- Боже мой! – смешно округлив глаза, воскликнул Владимир Николаевич и засмеялся. – Кажется, я слишком стар для подобных вещей!Я его поцеловала. Мы стали одеваться. Все это время я сжимала свой сфинктер, думая о муже.***Мы шли по переулку. После такого насыщенного театра, мне очень хотелось прогуляться. Владимир Николаевич, оставив машину на парковке, решил проводить меня, но, как пояснил он, для соблюдения конспирации, только до двора, а не до подъезда.- А то вдруг твой домашний Отелло не спит и в окно смотрит! – сказал он. Он был такой забавный - аккуратно держа меня под руку, нес цветы и рассказывал уморительные истории из своей жизни. Лунный свет добавлял этой картине романтики. Просто влюбленный мужчина, после приятного вечера провожал даму своего сердца домой. Мне было очень хорошо с ним. А насчет цветов я его клятвенно заверила, что проблем с мужем не будет.Мы дошли до слабо освещенной арки перед моим двором, о чем я ему и сообщила. И тут мой кавалер, решив, что свидание подошло к концу, начал со мной прощаться. Но не все так просто, милый! Вечер был бы не полным без этой вещи, подумала я, и решительно повернулась к моему ухажеру лицом. Положив руки ему на плечи и глядя ему в глаза, я с намеком подняла брови. Он, кажется, не понял и был в легком замешательстве. - Я же не шутила тогда в машине! – отчетливо каждое слово проговорила я. Владимир Николаевич все понял и поначалу немного смутился. Я с удовлетворением наблюдала за его реакцией. Он стоял в нерешительности. - Желание женщины … закон! – как заклинание произнесла я.Положив букет на асфальт, он начал расстегивать ремень на своих брюках. Я же положила свою сумочку к букету и аккуратно, чтобы не сделать затяжки на чулках, встала перед ним на колени. Достав свой член, который был еще в полу эрегированном состоянии (еще бы, я его сегодня подоила как следует!) он направил его на меня. Чтобы развеять его смущение и подбодрить, я призывно открыла ротик, высунула язычок и, глядя ему в глаза, замерла в ожидании. - Ох, ууу… – застонал Владимир Николаевич, и в ту же секунду его горячая моча брызнула мне на лицо. Воздух наполнился крепким ароматом.Золотистая струя блуждала по щекам и попадала в рот и глаза. Из-за сильного потока я мало что могла разглядеть и просто проглатывала столько, сколько могла. На вкус она была чуть солоновата и имела приятную горчинку. Но это продолжалось недолго. Обильно окатив мое лицо и плечи, Владимир Николаевич направил все еще тугую струю в декольте, мочась на мою грудь и платье. Прижимая локтями плотней к себе корсет, я почувствовала, что он стал наполняться как стакан. Влажное тепло приятно окутывало мое тело. Я потеряла счет времени. Хотелось просто слиться и раствориться в этом тепле. Но, к сожалению, этот живительный поток был не вечен, и струйка стала ослабевать. Стряхнув на меня последние капли, Владимир Николаевич стал
Ванильная ночь