- Да куда ей в блатные. - Пусть сначала пару ходок на зону сделает, тогда и примем в наши ряды. Сказала смеясь, старая рецедивистка Матвевна, обнажая золотые коронки на почерневших от чифира зубах. В отличии от мужских зон, где блатным можно было стать с первой ходки, имея для этого, опрределенные наклонности. На женских зонах, было все по другому, в воровки принимали тех зечек, которые по мимо воровских наклонностей, имели за плечами ни одну судимось. - Да ее больше на работу в банк не возьмут. - А она как грабить банки, больше ничего не умеет. Засмеялась конопатая Лида, беря у меня, кружку с чифиром из рук. Воровки гоняли чай по кругу, закусывая его конфетой, передовая бокал, с чифиром, в руки, друг дружке. - Ничего я ее гоп - стопу научу. Сказала под общий хохот, Верка, имевшая не одну ходку, за грабежь прохожих на улице. - Инга а ну иди сюда. Позвала Матвевна шныриху, которая стояла на стреме и смотрела, чтобы в проходняк, где воровки, пили чай и курили, не вошла отрядница или опера из зоны. Ведь за курение в спальном помещении, можно было угодить в штрафной изолятор, на трое суток. - На постираешь и после отбоя придешь ко мне, полижешь на ночь. Старая рецедевистка, вытащила из под матраса, свои грязные трусы и отдала их Инге и та с покорностью взяла, пугливо посматривая на зечек, своими раскосыми глазками, отойдя в сторону. - Ну Матвевна, старая совсем а с молодыми "ковырялками" забавляется. Засмеялась Верка и толкнув меня в бок, подмигнула. - Хочешь она и у тебя сегодня ночью полижет "банкирша". - У этой Инги, язык длинный, прямо в письку его засовывает. - Поняла шалава, полижешь сегодня у Марины. Обратилась, Верка к стоявшей на стреме Инге и та послушно кивнула головой, глянув на меня косыми глазками. Эта Инга, была метиской, смесь казашки и русского, и имела расскосые черные глазки и слегка, приплюснотый носик. В целом, личико было у нее симпатичным, но девушка, была слабохарактерной, поэтому блатные и сделали ее "ковырялкой" и шестеркой. Я было хотела отказатся от такого предложения, мне было жалко эту забитую казашку, Ингу но потом подумав согласилась. Ведь Елена Викторовна, отказалась лизать у меня, письку, так пусть это сделает молодая девушка. Тем более, что жалеть в зоне, никого нельзя, это тюрьма, и тут действуют волчьи законы.
Лиза