меня жало изнутри. Потом я резко вскочил с дивана. «Как я оказалсяна нем? Тем более с….Аней». Я смотрел на спящую девушку, которая свернувшиськалачиком, спала на том же диване, что и я, повернувшись ко мне, своей широкой,плотной попой. Мы оба были одеты, и я немного успокоился.- Анна! Анна! – я дотронулся до плеча девушки, присев на край дивана.Она сладко потянулась и открыла глаза. Осознав, где она, девушка так же стремительно,как и я, подскочила и испуганно уставилась на меня.- Доброе утро Александр Александрович.- Аня, все нормально? Что произошло. Я не помню ничего, помню лишь, как добрался доработы и все, провал. - Вы приехали, пьяный. Кричали на жену. Я вас накормила, а потом вы уснули за столом.Стала перетаскивать вас на диван, вы очнулись, сильно обняли меня за плечи и приказалиспать с вами. Я не смогла вырваться из ваших рук. Под утро еле еле уснула.- Я сделал больно тебе, прости. Я не хотел. Ничего больше я не совершал? – я с надеждойуставился на нее. – Не приставал к тебе, ну в том смысле?- Нет, нет. Ничего такого.- Анна прости, пожалуйста. Я, правда, не хотел. Боже сколько времени? Хорошо, чтосегодня выходной, никого нет на работе. Так, мне нужно позвонить, – я кинулся ктелефону и набрал номер жены.- Слушаю Саш, чего хотел то?- Я не понял, что вчера было? – холодно произнес я в трубку.- Что, готов говорить? Созрел? – услышал я грубый, чужой голос.- Созрел! В чем дело Синявская?- О, по девичьей фамилии назвал. Что так?- Да захотелось просто.- Слушай Березовский, да вали ты на все четыре стороны. Плати алименты и гуляй Вася!- Ты, похоже, вчера разозлилась, что я так рано возвращаюсь? Не меня ждала, поди, застол то?- Думай, что хочешь. Мне плевать. Когда к дочке то приедешь показаться?- Когда надумаю, тогда и приеду, не тебе решать.- Трахни кого-нибудь Березя, спусти пар.- Спущу, поверь мне.Я отключил телефон и со злостью швырнул его в стену. Он разлетелся на множествомелких кусочков, и я зашипел от гнева.- Не надо Сан Саныч, я прошу, вы пугаете меня. – Анна подскочила с дивана и подбежалако мне. Я невидящим взором уставился на нее и неожиданно грубо ухватился за блузкуАни, резко дернув, оторвал все пуговицы. Девушка дернулась от страха и уставилась наменя, пытаясь, прикрыть обнаженный живот и груди в белом лифчике.- Покажи! Черт! Я просто хочу посмотреть! Я так давно не видел женского тела, - совсемтихо, я прошептал последнее. – Знаешь, я не думал, что это оказывается так сложно, непредставлял себе, что без этого, так плохо.Девушка, немного подумав, неожиданно спокойно скинула с себя порванную блузу ирасстегнула лифчик, показывая огромные, тяжелые груди. Животик оказался плоским, безмалейшей полноты и я, увидев глубокий пупок, сглотнул слюну.- Возьмите что хотите, - прошептала Анна.- Ты девочка еще, ты же понимаешь, что я использую тебя. У меня жена.- Я хочу, чтобы вы, были первым. Мне давно пора узнать, что это такое. Поэтому, вы неиспользуете меня, у нас это взаимно. В вашу жизнь я не полезу. Обещаю.- Готова стать любовницей?- С вами – да.- Извини, я так не могу. Не могу даже больше из-за дочери, меня останавливает это. Там вшкафу, возьми белую футболку, она новая, чистая. Тебе должна подойти. Я жду на улице,в машине, я отвезу тебя домой. Прости Ань, – я вышел на улицу, с брелка завел машину иначал жадно курить. Меня трясло от сексуального желания, и впервые в жизни ячувствовал, что хочу не определенно кого-то, а просто
Отморозки