босые ноги сапоги, накинул на плечи рабочую куртку и, чавкая по жирной грязи, направился к хлеву.
А почему так тихо?
Сердце вдруг тревожно екнуло.
Вошел в хлев и замер на пороге — все мои коровы, свиньи, овцы и козы...
На стенах брызги крови, на полу красные лужи... и темные туши в загонах... Я даже сумел рассмотреть — на шее козы, лежавшей в луче света от открытой двери — две большие раны. Я, конечно, не эксперт, но я готов руку дать на отсечение — они в точности совпадают с рогами Белянки...
В лодке