Приходил в себя я очень тяжело. Голова болела так, будто кто-то очень недобрый уселся мне на плечи и старательно бил по макушке чем-то тяжелым. Глаза наотрез отказывались открываться. Только уши исправно трудились, хотя и их труд был явно не во благо. Слышимые голоса были какими-то вялыми, тягучими, словно на замедленной аудиозаписи... Я тщетно старался уловить смысл произносимых этими таинственными голосами слов, но никак не мог сконцентрироваться, что вызывало лишь новые приступы боли.
Наконец, намучившись этим исключительно познавательным времяпрепровождением, я все же решился на подвиг — открыл глаза. На лбу что-то лежало, загораживая часть обзора. Незнакомый потолок. Утопленные в нем плафоны ламп. У стены напротив меня — какой-то древний предмет мебели, напоминающий низенький столик на гнутых ножках, со множеством ящичков под столешницей и огромным зеркалом, прислоненным к стене. Чуть левее обнаружился вполне современный компьютерный стол, красующийся системным блоком, и неплохим набором «нет-юзера». На стоящем перед ним ложементе пользователя беззастенчиво висел чей-то белый лифчик. Я заинтересованно хмыкнул. Навскидку — размер эдак 2—3. Самое то!
Стоп... Лифчик? Незнакомая комната? Тьфу черт! Я же, наконец-то гражданин, и я сейчас нахожусь у своих новых знакомых — Светы и Риты. Эта новая мысль придала мне достаточно сил, чтобы осторожно — главное не делать резких движений головой — слезть со своего ложа. Коим оказался вполне обычный диван.
Неслышно ступая, я вышел из комнаты, и попал в ту самую, в которой и происходило давешнее действо. Воспоминания бодрым потоком пронеслись в голове, заставляя кровь бежать быстрее. Ну а кровь, не мудрствуя лукаво, выбрала привычное направление. Я с интересом посмотрел вниз, на гордо поднимающийся член. Хм... Чистый. Хотя после вчерашних утех он был покрыт Светиной кровью и соками, и моей спермой. Значит девчонки меня еще и вымыли? Кровь снова с гулом помчалась по организму, но на этот раз явно прилила к щекам и ушам. Одно дело, когда твою бесчувственную тушку моют врачи, и совсем другое — когда две девушки, с которыми только недавно познакомился... И провел ночь... А, ладно. Чего уж мне стыдиться? Они и так меня всего видели, а уж после наших ночных приключений — и вовсе.
С этими мыслями я начал обследовать комнату на предмет моей одежды. Таковой не обнаружилось. Поэтому я попросту сдёрнул с кровати свежую простыню, и, запаковавшись в нее на манер гордого римлянина, пошел искать девчонок.
Выйдя из комнаты в коридор, я обнаружил целое стойбище выключателей. Хм, а девочки-то явно поклонники стиля «ретро». Даже в лагерях и деревнях повстанцев все давно перешли на автоматику. Открыв первую попавшуюся дверь, я очутился на кухне. Небольшое помещение было абсолютно, можно сказать, стерильно чистым. И, естественно, никого! Да что же это такое-то?!
Озадаченно похмыкивая, я начал заглядывать в другие двери. Уборная. Ванная. Еще одна комната (хотя больше было похоже, что ее переоборудовали в гардеробную — столько там было всевозможных вешалок с ворохами одежды). И никого.
Осталась последняя дверь — в конце коридора. Открыв ее, я осторожно выглянул. Ага. Это — выход. В смысле — это входная дверь. А за ней была самая простая и обычная лестничная площадка. Аккуратно закрыв дверь, я вернулся в комнату. Усевшись на кровать, я вновь задумался. Девчонок нет. Голова болит. Одежды нет. Что делать? Хотя...
Я старательно потянул носом. Ага! Запах слабый, но я его чувствую. Моя одежда где-то рядом. Уж свой-то запах я ни с чем не спутаю. Пройдя «по следу», я вновь вернулся в ванную. Моя одежда обнаружилась в стиральной машинке. Чистая и сухая. Замечательно! Быстро облачившись, я обратил внимание на
Немного позже послезавтра