где я, где она, где море, где небо. Весь мир состоял из любовного ликования. Мы лежали на воде на спинах, раскинув руки. На небе проступали звёзды:
: В этот момент я услышал знакомое жужжание гидроцикла.
Я обернулся. Моей ундины рядом не было. Она, обнажённая, сидела в седле водного мотоцикла.
- Эй, подожди меня! - крикнул я.
- Догоняй! - ответила наездница, гидроцикл взревел и понёсся по волнам. Девушка описала вокруг меня круг почёта, а потом унеслась прочь с хохотом, который был слышен сквозь треск мотора.
Я остался посреди моря один, без каких-либо средств, которые помогли бы мне удержаться на плаву, и даже без трусов. Несколько минут я ждал, что моя подруга вернётся. Но она не возвращалась. Ужас положения не сразу дошёл до меня. Я понял, что могу рассчитывать только на себя и на чудо.
Не помню, сколько я плыл, сверяя направление по звёздам. Я не уверен, что плыл в правильном направлении. Ноги и руки наливались свинцом, глаза резало от солёной воды, сознание каждую секунду готово было померкнуть:
: Но чудо случилось. Когда я был полуживой от ужаса и усталости, послышался треск моторки.
... Пограничники доставили меня в больницу, потому что я был без сознания и мало напоминал живого. Там я рассказал о случившемся. Врачи вызвали милицию. Им я пересказал эту историю.
- Опять эта сука, - сказал доктор, который присутствовал при моём допросе.
- Какая? - спросил я.
- С позапрошлого года началась эта херня, - сказал милиционер. - Какая-то маньячка носится на гидроцикле, цепляет таких вот щеглят молодых, увозит в море, трахает там (мои уши занялись огнём) и бросает. Ундина, ети её мать! Троих удалось спасти, ещё пятерых мёртвыми потом на берег вынесло. А ещё десяток дурачков где-то в море сгинули. Последний раз их видели, как они садились на гидроцикл к какой-то девке.
- Что ж вы её не арестуете? - спросил я.
- Она хитрая, сука! Иногда по месяцу на охоту не выходит. А когда выходит, как ты её поймаешь? Ну, едет девка на гидроцикле, ну и чё? Где состав преступления? Когда маньяк с топором по городу идёт, можно к топору придраться и его задержать, а тут за что зацепиться? За сиськи? Трупешники её море прячет. А кого и найдут - тот без признаков насильственной смерти. А те, кто выжил, описать её не могут, потому что во время общения с ней думали не головой, а головкой. Вот, ты говоришь, она блондинка? А ещё один пацанчик говорил - рыжая! Она ведь даже не сказала, как её зовут, так?
Я кивнул.
- В общем, пацанчик, расклад такой. Хочешь - пиши заяву; если мы эту шлюху найдём - твои показания помогут её закрыть надолго. Только честно тебе скажу: надежда слабая. И ты, сынок, пойми вот что. Тут половина народу живёт в основном за счёт туристов. А заявление - документ, его в сортир не бросишь. Пойдут проверки, следственные мероприятия, чего доброго, в прессу что-то просочится. И если
снохачество. часть вторая.