Уже не думая ни о чём, находясь где-то на грани безумия от охватившего меня возбуждения, я изогнулся, обхватив её шею двумя руками, направляя раздувшуюся до огромных размеров головку члена в её рот... и одним мощным сильным рывком насадил мамину голову на свою возбуждённую мужскую плоть. Яркие алые губы матери скользили по напряжённому толстому стволу, принимая меня в себя сантиметр за сантиметр. И чем глубже я входил в её рот, тем шире распахивались её глаза... Она делала это, конечно, специально, но смотрелось это бесподобно.
Я был уверен, что мамочка не сможет взять у меня его до самого конца. И аж застыл в немом восторге, когда её нос с силой упёрся мне в живот. Казалось, её глаза, всё с тем же глупеньким невинным выражением в них, сейчас буквально вылезут из орбит. Но игра-игрой, но, видимо, маме такое стремительное погружение тоже не далось даром. В уголках её глаз засверкали маленькие слезинки, а щёки задрожали и разом покраснели от напряжения. А её покорный взгляд, беспрерывно уставленный на меня... он... он был бесподобен..
Я успел только подумать, что у меня впервые такое... Чтобы, женщина смогла взять моего богатыря целиком. Правда, раньше это и были только мои одноклассницы. А тут рот взрослой опытной женщиной. Разница чувствовалась... Хм, не то слово..
Мой член дёрнулся и, мне даже самому показалось, что я в прямом смысле слова, как из пушки, выстрелил глубоко в мамино горло горячим жирным зарядом семени.
Я пошатнулся, привалился спиной к стене позади себя и в бескрайнем упоении, обеими руками изо всех сил прижимая голову матери к своим бёдрам, бесконечно долго изливал сперму в этот жаркий умелый сладкий рот.
Не знаю, как мама умудрилась не поперхнуться. Во всяком случае, закашлялась она только в самом конце, когда моё семя уже просто хлынуло через её нос..
В немом восхищении я уставился на мать. Она почувствовала, что я, наконец, иссяк, медленно и осторожно снялась с мокрого подрагивающего члена, всё ещё пребывающего в боевой стати. Чинно и благородно промокнула губы поднятым с пола полотенцем. И невообразимо нежно принялась облизывать и обсасывать опадающий член, любовно сжимая его в его ладошках.
— Мама... — протянул я блаженно, не в силах подобрать слов, чтобы высказать ей моё истинное уважение и восхищение. Мои колени тряслись от пережитого наслаждения.
Но мама всё поняла, по-видимому, и без слов. Теперь уже триумфально улыбалась она, а не я.
Озорно подмигнув мне и всё так же стоя на коленях передо мной, сжимая мой уже поникший член в ладони, второй рукой она шутливо взяла под козырёк:
— Рада, вам услужить, сэр!
И мне снова не верилось, что это моя мама.
Она поднялась с колен, привстала на цыпочках и чмокнула меня в щёку:
— Всё было очень вкусно, милый... Но всё же я голодна. Ты собираешься вести меня на ужин?
Я торопливо закивал головой:
— Я сейчас, сейчас, мам. Уже одеваюсь!
... Я торопился на наше с мамой свидание. Торопился так, как не торопился ни на одно свидание до этого.
Как я изнасиловал одного киллера