— А вот и пропажа, — я слегка улыбнулся, буквально поедая её глазами. — Кстати, хороший выбор, вам очень идёт.
Я с трудом справился с нахлынувшим желанием, и кое-как взяв себя в руки, сказал уже строже:
— Однако придётся снять и вернуть магазину...
Девушка залилась краской. Она то нерешительно касалась белья, то вновь опускала руки, бросая на меня косые взгляды.
— Хотя бы отвернитесь... — еле слышно сказала она и коснулась застёжки.
— Чтобы ещё что-нибудь пропало... раньше надо было думать! Снимай!
Девушка поджала губы, чтобы вновь не разрыдаться, но, в конце концов, справилась с нахлынувшими эмоциями и, повернувшись ко мне спиной, сняла бюстгальтер. Небрежно бросив его на стол, она прикрыла свою грудь одной рукой, а другой неловко попыталась снять кружевные трусики. Стянув их до середины, она покачала своими широкими бёдрами, и они упали на пол. Девушка медленно вышагнула из них, и когда нагнулась, моему взору предстал прекрасный вид, на её пухлые срамные губы, густо покрытые тёмными волосками. Бросив их на стол рядом с бюстгальтером, Татьяна прикрыла лобок второй рукой и вновь повернулась ко мне лицом.
— Замечательно, — я сгрёб белье в кучу, и принялся разглядывать его, якобы проверяя внешний вид.
Бельё ещё хранило тепло её тела, а трусики, как мне показалось, были даже слегка влажные в районе промежности.
«О, чёрт!» — моё сознание поплыло.
В промежности уже начинало ломить от перевозбуждения. Я готов был наброситься на неё, но...
«Тихо... тихо», — постарался я успокоить себя.
— Присаживайтесь, — я кивнул головой на стул.
Девушка медленно опустилась, и теперь сидела, скрестив руки и стараясь прикрыть свои груди. С трудом отведя взгляд, я открыл ящик стола в поисках какой-нибудь бумаги. К радости там же оказалась и ручка, поэтому я достал листик и вновь посмотрел на Татьяну.
— Итак, Татьяна...
— Татьяна Владимировна.
— А полностью?
— Никольская Татьяна Владимировна.
— Ага, — я старательно вывел её имя на бумаге.
— Полных лет...
— Двадцать.
— Вы понимаете, что можете получить по полной...
— Но я же все отдала! — она неосторожно всплеснула руками, отчего её пышный бюст всколыхнулся, привлекая моё внимание.
Увидев, что я смотрю на неё, она поспешно вновь прикрыла свои груди.
— Учитесь или работаете? — не обращая внимание на её возглас, продолжил я.
— У-учусь, — чуть всхлипнув, ответила она, — в техникуме.
— Продиктуйте адрес, мы направим туда официальное письмо...
Это была последняя капля, девушка вновь всхлипнула и жалостливо посмотрела на меня:
— Может не надо, я... я больше никогда не буду! Я не знаю, что на меня нашло! Я готова заплатить штраф! Я на все готова! Только отпустите!
Поднявшись, я подошёл к девушке и, глядя ей в глаза, положил руку ей на плечо. От прикосновения к её нежной коже по мне прошла нервная дрожь.
— Я, правда! Правда, больше никогда не буду! Может, можно как то... замять это... — она умоляюще смотрела на меня снизу вверх.
— Но вы же понимаете, какой серьёзный проступок вы совершили!
— Да... — она вновь уронила голову.
— Ну что же... — я театрально затянул паузу, делая вид, что задумался.
Девушка с замиранием сердца вновь посмотрела на меня, ожидая решения, и когда вместо ответа, я расстегнул свои штаны, и вытащил уже давно окаменевший член, она только молча закрыла глаза.
— Я думаю тебе не надо говорить, что надо с этим делать... однако от твоих действий напрямую зависит твоя судьба...
Я вплотную приблизился к ней, от чего мой член оказался как раз у её лица. Девушка открыла глаза и, посмотрев на меня, перевела взгляд на подрагивающую головку. Сложно представить, что в тот момент творилось
Семейное