мгновение Она задумалась, — А, знаешь, ты приходи сегодня вечером.
Она порылась в сумке и достала ключ, который отцепила утром от его связки.
— Вот, возьми, — сказала Она, как-то хитро улыбнувшись, — И приходи... Часов в восемь приходи. Если хочешь, купи чего-нибудь.
Она чмокнула его еще раз и оттолкнула.
Кармазин вылез, обошел маш
ину и наклонился к Ее открытому окну.
— Я... , я приду, — произнес он, как обреченный.
— Приходи-приходи, я буду ждать.
Несколько раз Кармазин оглядывался. Он видел, как Она вышла из машины, щелкнула кнопкой сигнализации и скрылась в дверях офиса.
«Ну и черт с ней», — подумал Кармазин: «Переживем».
Он спустился в метро. Утренние пассажиры, закутанные в шарфы, бесформенной массой двигались в заданных эскалаторами направлениях. Кармазин влился в нужный поток и опять погрузился в воспоминания.
А что, собственно, случилось, спросил он сам себя. Она не давала мне обещаний, я Ей тоже. Разве я имею на Нее какие-то права?... А если бы и имел. Что тогда? Человек не вещь. Человек свободен. Я ведь тоже свободен и делаю, что хочу, думал он. Все, надо успокоиться и взять себя в руки. А то, распустил сопли.
Кармазин представил вдруг себя со стороны и улыбнулся сам себе.
Я же молодой, красивый и веселый. А стал таким занудой. Что со мной? Надо быть самим собой. Все. Решено. Покупаю вечером цветы, вино и к Ней. Она еще увидит, кого Она потеряла.
— Станция Таганская, переход на кольцевую линию и станцию Марксистская, — услышал он въевшуюся в память фразу.
— Черт, — вскрикнул он и вскочил, — Извините, разрешите, мне выходить. Граждане, дорогу...
Расталкивая людей, Кармазин вывалился из уже закрывающихся дверей и перевел дух. Он вдруг захохотал. Просто так. Над самим собой.
Проходившие мимо две девушки шарахнулись от него, как от сумасшедшего.
— Девчонки, порядок, — крикнул он им вдогонку.
Одна из них обернулась и посмотрела на него с улыбкой.
Кармазин глубоко вздохнул и тоже улыбнулся. Жизнь продолжается, подумал он и рванул на выход.
Весь остаток дня Кармазин провел, лихорадочно придумывая, как он поведет себя с Ней, что будет говорить, что делать.
«Она еще узнает, кого потеряла. Я ей покажу», — мысленно повторял он сам себе уже в который раз.
Конец рабочего дня застал его врасплох.
Кармазин посмотрел на часы и удивился.
— Это уже шесть? — вслух произнес он.
— Уже двадцать минут, как шесть, — услышал он сзади ехидный голос своего шефа. — Леша, что с тобой, заработался?
— Извините, Александр Сергеевич.
— За что? То ты приходишь в одиннадцать, то извиняешься, что задержался. Что? Поругался с подругой?
— Нет. Все хорошо, — засуетился Кармазин.
— Ну-ну, — произнес Александр Сергеевич и, кинув на Кармазина недоверчивый взгляд, направился к двери.
Кармазин летел как на крыльях.
«Все хорошо, все прекрасно», почти кричал он сам себе.
Большой букет алых роз, который Кармазин купил в цветочном магазине, с трудом пролез в дверь лифта. Кармазин перехватил бутылку Шардене и нажал на кнопку четвертого этажа. Он вдруг заволновался, словно мальчик, первый раз идущий на свидание. В голове вдруг всплыла старая шутка про конфетно — букетную стадию отношений.
Лифт мягко остановился, и двери открылись.
Кармазин улыбнулся сам себе и направился к Ёе двери. За дверью была слышна какая-то ритмичная музыка.
«Зачем Она дала мне ключ?», подумал он, открывая привычным движением замок, «Если все равно сама дома?».
Он протиснулся с букетом в коридор, повернулся и остолбенел. Из ванной ему навстречу вышел какой-то парень высокого роста. Парень был абсолютно голый.
— А, привет, заходи и закрой дверь, — выпалил голый скороговоркой.
— Я не понимаю, а...
— Ду ю спик инглиш? — весело издевнулся голый.
— Что это значит? Вы
Похоть