— спросил я у тёщи когда мы пришли домой, где привязали и накормили Зорьку нашу спасительницу. И сидели в тёплой кухне тёти Зининой половины дома за столом. Снимая пережитый стресс добрыми порциями " пшеничной ". Обрез лежал на столе рядом с тарелками с нарезанной колбасой, салом и солёными огурцами. Это было не обрезанное ружьё как мне сначала показлось там в овраге. Когда тёща скакала на лошади верхом и держала его в руке. Нет на столе у нас лежа настоящая " трехлинейка" винтовка Мосина образца 1905 года в отличном состоянии. Но правда обрезанная по самое не балуйся. Ствол у " трёхлинейки" был отпилен почти по цевье и приклад полностью обрезан. И внешне обрез выглядел очень компактным и удобным оружием. А учитывая убойную силу пяти патронов которые находились в обойме внутри. Это было очень мощное и опасное оружие в ближнем бою.
— Да на чердаке нашла в той половине где сейчас Таня живёт. В наших местах ведь братья Антоновы восстание против большевиков в 20-х года подняли. Тогда к ним много калиновских и хитровских мужиков ушло. А в Слободке там пьянь что раньше что сейчас живёт. Так те за " красных" были, у пропоиц ни кола ни двора, им защищать нечего. Они сами пограбить и попьянствовать любили. Но в Калиновку и в Хитрово целый год ни один продотряд не сувался. Пока крестьянскую армию Антоновна не разбили. Мужики которые у него воевали домой вернулись, а обрезы припрятали. Но их тут же позабирали в Губчека, многие там и сгинули. А оружие спрятное ими в деревне, по чердакам и подвалам осталось. Тут если по Калиновке и Хитрово пройтись то целый арсенал можно найти. У моей кумы Вали есть такое же ружьё но только целое. Буяна обьездишь, поедем на охоту и я возьму у неё оружие и патроны. На кабана пойдем зятек, тебя же нужно хорошо кормить а мясо все на свадьбу ушло.....
— сказала Зинаида Михайловна и услышав лай собак на улице глянула в окно, побледнела.....
— Танька, прячь ствол в подпол живо. К нам менты пожаловали, по мою душу наверное. Дочка давай шустрее а я выйду на улицу и их задержу....
— крикнула Тане мать и та кинулась выполнять её просьбу. Подпол был в доме прямо на кухне и возле печи под половиком находился люк. Таня замотала обрез в полотенце и быстро юркнула в подпол а я придерживал крышку чтобы ей было виднее. На улице тёща забалтывала ментов и за это время её дочка успела спрятать опасную улику против матери.
— Ну что Михайловна, ты сама мне обрез отдашь или мне обыск у тебя устроить.....
— сказал вошедший вместе тёщей пожилой капитан. А вслед за ним молодой сержант у которого на пальце крутился брелок с ключами от машины.
— Какой обрез Палыч? У меня два ружья охотничьих зарегистрированых в сейфе как положено лежат. А обрезов сроду в доме не держала....
— ответила тёща пожилому менту, назвав его по отчеству по всей видимости старого знакомого.
— Ты дуру то мне не включай. На тебя сигнал поступил из Слободки. Что ты в людей стреляла из обреза. Так что ещё раз говорю отдашь обрез по хорошому или я обыск у тебя дома устрою....
— строгим грозным голосом сказал Палыч, положив руку для острастки на кобуру с пистолетом висевшего у него на поясе и остановил свой грозный взгляд на столе. А там Таня за спиной матери пока та вела разговор с участковым,
Моя служба (продолжение)