тугая пружина, с таким восторгом, с таким неописуемым блаженством.
— Если сейчас сюда войдут твои родители, я сразу же попрошу твоей руки. — прерываясь на частые вдохи и выдохи, сказал любимый.
Он продолжил целовать меня в губы, в носик, в щёки и шею. А я прислушивалась к шумам в квартире — ведь действительно своими стонами я могла разбудить даже пьяных родителей. Вот будет хохма.
Ритмичные звуки, доносящиеся отнюдь не из соседней квартиры, успокоили меня — нетрезвые родители так же отдают дань богам совокуплений.
Глянула в глаза Артура. Нет, он не слышит поскрипываний кровати родителей — очи его томно сонливы. Это меня радует — есть возможность вспомнить всё из прежней жизни. Любимый поглаживает мои сиськи, плечо. Я прошлась ладонью по его щеке, ёршику волос.
«Получается родители меня удочерили! Спросить их? А оно мне надо? Нет, нет, и НЕТ! Я слишком их люблю и уважаю! А мои биологические родители? Что я знаю о них? Нужно вспомнить!»
Охотник. История третья. Марина.