косу волосы засияли в отсветах лучей апрельского солнца льющихся из окна на кровать. Убежала и вернулась. На голове золотой обруч с височными кольцами, сама обнажена и возбуждена до сосков торчком.
Я залюбовался ее телом, красивым, юным. Только сейчас я заметил, что на левой груди у нее маленькая золотистая родинка.
— Не смущай меня своим взглядом, — проговорила Тина. — И так мокренькая, там... Полдень. Тебе пора.
Она перекинула ногу через мой торс, села голой попой на живот, чуть подмяв самый кончик моего «красавчика». Янтарный взвар не дал ему проявить полную силу, на какую был способен, он лишь толкнул Тину, за что и был придавлен девичьими ягодицами.
Нежно огладив мое лицо ладонями, Тина зашептала какие-то загадочные слова, нас словно подняло, закружило над реками, полями, лесами, выше, выше... вынесло в космос и вернуло...
На меня смотрели зеленые глаза Тины, в них бушевали дубравы и от ветра в полях гнулся ковыль...
****
— Проснулся! — наклонилась ко мне Алевтина. — Так долго спал, что я уж думала, не помер ли?! Подходила, дыхание слушала, да снова уходила. Сон сила, сон полезен. Приподнимись-ка, я тебя покормлю, а то руки-то в тряпицах. Болят?
— Нет...
Огляделся. Деревянный бревенчатый сруб, печь-каменка и я, раненый летчик старший лейтенант ВВС РККА, совершенно голый на топчане, по пояс закидан сеном...
Тетрадь по завещанию.