Ленка по школе была несколько свободных нравов, и про нее ходило много историй: что она спит с кем попало, и минет в туалете делала, и с физруком что-то там. Чего только не болтали. Про физрука точно выдумка. Ну, какая нормальная девчонка посмотрит на лысого и пузатого Карабаса? Лешка в эти байки не верил, она казалась ему хорошей девчонкой, компанейской. Просто без комплексов.
Ленка повернулась к Игорьку, вынула у него изо рта трубку и смачно, с оттягом, поцеловала. Затянулась табачком из трубки.
— Фу, гадость! Как можно такое курить? И целоваться с тобой после этого не хочется. Бросай, а то больше никогда не буду тебя целовать.
— Ничего, переживу. Это я так, для проверки. Ты все такая же, Ленок.
— Нет, я еще хуже. Хочу в загул, я так соскучилась по веселью.
Она, вдруг взвизгнув, подскочила и кинулась навстречу «святой троице». Три подружки, Вера, Эля, Катя, не разлей вода, и совсем не святого поведения. Уж на их счет у Лешки не было никаких сомнений. Шлюшками были, шлюшками и остались. Платья в обтяжку, едва прикрывающие зад, и с широким вырезом, открывающим плечи и грудь. Как только что с панели.
На Лешку нахлынули воспоминания.
«С Верой у него «чуть не случилось» в восьмом классе, когда они у нее дома праздновали новый год теплой компанией одноклассников. Он тогда первый раз попробовал спиртное. Вера часам к двум была уже никакая, и ее уложили в соседней комнате, чтобы оклемалась. Он, выждав немного, заглянул к ней. Если по-честному, Лешке хотелось ее просто пощупать. В те годы, ужасно хотелось узнать, что же такое секс, но он элементарно трусил. Прилег рядом, и протянув руку, помял уже тогда не маленькую грудь. Вера с закрытыми глазами, провела рукой по его плечу, и сразу поняла кто с ней.
— Лешик, поцелуй меня....
Лешка, думая, что она все еще пьяная, и наутро ничего не вспомнит, неловко, как умел, поцеловал ее, не забывая щупать там, куда дотягивалась рука. И когда он прикоснулся к ее попке, Вера, так и не открыв глаза, завозилась, и стянула с себя трусы. Губы растянулись в ехидной улыбке.
— А как же Оксанка?
— У нас с ней ничего не было, — глухо ответил Лешка, во все глаза рассматривая ее лобок с черными волосиками.
И это было правдой. Они с Оксанкой тогда еще только за ручки держались, даже не целовались толком.
— Тогда…. давай. Так секса не хватает, не часто приходится. Ну, хоть с тобой, карандашиком.
После того, как она назвала Лешкину гордость «карандашиком», у него резко пропало всякое желание. И про Веру стало понятно, что она давно «в теме», и сексом занимается уже по-взрослому. Он резко встал и вышел, плотно прикрыв дверь, как будто ничего не было...».
Беседка начала заполняться одноклассниками, почти не изменившимися за эти годы. Димка-очкарик, Санек, здоровый, как шкаф, близнецы, и прочие личности нашего 11-го А. Не приехали только несколько человек, которых разбросало по стране в поисках лучшей жизни, да так они и потерялись.
Уже стемнело, и появился крепкий старик-армянин в брезентовом фартуке, решив, что самое время принять заказ. Осмотрел компанию, и, заметив Игоря, прищурился и улыбнулся.
— Барев, дорогой, вонц ес?
Игорь, к всеобщему удивлению, ответил на армянском:
— Инч лава, Арташес. Иск ду инчпес ес?
От их беседы Лешку отвлекла Ленка, пихнув в бок.
— Лешкин-картошкин! Пошли, покурим!
Ей был не ведом филологический экстаз, который возникал у Лешки, когда он слышал, как кто-то мастерски говорит на чужом языке. Особенно, если это твой друг, от которого ничего подобного
ПЕРЕВОСПИТАНИЕ ЛЕСБИЯНКИ