обе мои руки сейчас заняты полноценно лишь только набором текста, уж точно нельзя.
Стыдливый потеющий смайлик.
— Ты не ответил.
Танит сдвигает сурово брови.
Сандро краснеет.
— Ты… хочешь, чтобы я написал это, вот так вот, открытым прямейшим текстом в бесстыднейшей форме? Прямо… в-вот так… сознался тут в этом?
Сандро прячет неловко глаза.
Проводит языком по губам.
— Я… ох.
Таня кликнула пару раз мышью. Сбросив в чат один из анимированных смайликов, пылко клокочущий гневом.
— Я…
Самоуничижительный смайл собеседника. Выражающий желание провалиться сквозь землю или протечь кислотой сквозь трещины в почве.
— З-занимаюсь грязным, бессовестным… рукоблудом, — признался Сандро нарочито сдавленным образом. — Держа свою руку в штанах и не отводя своих глаз от этих пронзительно нежных, добела ослепительных бёдер девушки по имени Таня. Я… не в силах унять свои пальцы, не могу даже… перестать на пару мгновений… думать о ней!..
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
Таня тихо хихикнула.
Подросток, ни дать ни взять? Хотя вообще-то она была уверена, что как раз нынешний её собеседник тинейджером не является, да и сам он однажды упоминал о своей работе на сортировке писем.
Как фразы-то вычурно подобрал, чтобы унизить себя и чтобы они в то же время смахивали немного на продукт литературного творчества. Уж не допускает ли он, что чат этот может прочесть впоследствии кто-то ещё?
Пожалуй, настала пора чуток удивить визави.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
Торжествующий дразнящийся смайлик.
— Саш, я не просила тебя здесь это писать. Я просила тебя сказать это вслух, сказать прямо там, где ты сидишь сейчас.
Недоумение чувствовалось даже через экран.
— Зачем?
— Затем, — припечатала собеседника ещё одним ехидным смайликом Таня.
— Ммммм… я сейчас всё равно сижу один в своей комнате, если что.
— Один?
— Один.
Подмигивающий смайлик Тани.
— Что же в таком случае тебе тогда, Саш, мешает?..
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
Таня медленно облизнулась.
Чем дальше, тем тесней завязывается узелок, тем трудней трепыхаться доверчивой мушке. Если он действительно произнесёт это вслух, скажет это вполголоса в совершенно безлюдной комнате, то почувствует себя неимоверно глупо?
И в то же время — буквально секунду спустя — его охватит стремление, чтобы усилия, втуне приложенные, зря не пропали. Странная, иррациональная тяга, чтобы сказанные им тихо слова были кем-то услышаны.
— — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — — —
— Сказал?
— Сказал.
— А точно сказал?
Таня заливисто рассмеялась, продублировав этот смех примерно соответствующим смайликом.
— Т… точно.
Сконфуженный смайлик Сашки.
— Не верю.
Она помолчала с мгновение, пытаясь представить клокочущую сейчас в Санькиных штанах бурю. Он, наверное, подозревает её сейчас в опьянении или обкуренности, он уже давно почти что смирился с невозможностью совратить скромную психотравмированную домохозяйку под личиной нарисованной длинноногой красотки, но определённо не собирается упускать случай?
— Ты бы мог записать эти слова на мобильный, — набрала неторопливо Таня. — Скинуть мне файл на e-mail. Помнишь, я когда-то его тебе уже сообщала?
— Хех. Это выйдет почти как обычная беседа по телефону, только извращённо-причудливая. Вроде бы для этого есть специальные мессенджеры.
Смайлик, показывающий Танин язык.
— Есть, но я думала, ты стесняешься беседы реальным голосом. Ты так быстро и без опечаток общаешься в чате, мне думалось, тебе так привычней?
Путь к себе или мой SM