просто белые а словно накхрахмаленные до ослепительной белизны. Что на фоне чёрных чулок смотрелось очень сексуально. На ногах у тети Оксаны, были одеты не колготы а именно чулки, причём на резинках. Я видел края резинок на чулках, которые впились в нежные женские ляжки.
Член у меня стоял колом и сильно оттопыривал ширинку моих штанов, на которой образовался здоровенный бугор. Соседка вела машину и смотрела то на дорогу то на ширинку штанов молодого парня сидящего рядом с ней а я уже без стеснения, пялился на её белые трусы торчащие под юбкой. И у меня создалось такое ощущение от взгляда тёти Оксаны на мой стояк в штанах. Что будь мы с ней одни в этой глуши. То она не медля изнасиловала меня прямо в машине, набросившись как тигрица.
Плетнёвка встретила нас тишиной и разбитыми окнами брошенных жителями домов. В деревне давно никто не жил и ветер а может и местные хулиганы, потрепали стекла в окнах жилищ некогда богатой судя по развалинам церкви, деревни. Единственная улица в Плетневке, шла не прямо как обычно а петляла промеж оврага, то и дело пересекающего деревню. Может по этому и назвали это село Плетневкой за её схожесть с петляющей деревенской изгородью плетнём. Или селу дала название речка Плетнёвка, протекающая в вблизи деревни и тоже петляя среди холмов, покрытых зарослями осины и березняка. Дом где жили родители Михалыча, находился в самом конце деревни у реки и выгодно выделялся от остальных домов в деревне, кладкой из старинного обожжённого кирпича и железной, местами поржавевшей от времени крышей. Снаружи дом выглядел целым без следов взлома с огромным амбарным замком на покосившихся от времени дверях.
— Вот держи Марина ключ, дам тебе денег немного на первое время и возьми от меня подарок, мешок картошки. Посадите её на огороде и у вас будет в июле своя молодая картошка. И это всё чем я могу тебе помочь сосеседка...
— сказала тётя Оксана нашей матери, давая ей в руки ключ от дома и деньги. А мешок с семенной картошкой мы с Витьком сами вытащили из багажника её « нивы» и положили на землю возле баулов с вещами.
— Я поехала, дела в городе ждут. Если надумаете в магазин сходить. То он за рекой в посёлке и до него семь километров по лесу...
— огорошила нас соседка. Тётя Оксана села в машину и укатила прочь назад в цивилизацию, подальше из этой глуши где нет электричества и дороги разбиты словно после бомбежки.
Клизма строптивой стерве