этот Минах появился в Человеков «на горизонте» лишь за год перед боем в Солнечной системе. И за год «взлетел» с простого офицера до генерала. Кроме того, он гораздо слабее вас. Когда Лёша оживлял Аэлиту, Минах помогал, но не сам, а с нашей помощью. И после оживления он был обессилен до предела. А вы Настю оживили без чьей-либо помощи и после этого вы не казались обессиленными.
— Разные обстоятельства. Мне скрывать свои возможности не было смысла. А Минах должен был тщательно скрывать то, чем он владеет. Если бы император обнаружил бойца с такими возможностями он бы легко придумал, как его уничтожить. А то, что Минах объявился не очень давно, говорит лишь о том, что он просто сменил физическое тело, подобрав для этого своего тёзку. Алексу же он передал свои знания, потому что чувствовал для себя огромную опасность.
— Вполне возможно.
— Генерал, я предлагаю взять сейчас Алекса и слетать на Валькирик. Думаю, что уже настало время применить для вас атомарное золото.
— Хорошо, ваше королевское величество. Лёша! — перед Лией с королём появилась голограмма с моим изображением.
— Вот те раз! Пока я занимаюсь делами, а моя жена влюбляется с моим другом, — не смотря на то, что я был очень зол на Лию, я очень обрадовался её вызову. Но всё равно подъебнул.
— Перестань! Ты спал! А вот мы действительно занимались делами, а не влюблялись. Лёш, может втроём слетаем на Валькирик? И ты мне немного выделишь из подарка короля Кверков?
— С огромным удовольствием. Давно пора. Ты где?
— На флагмане Арихонов.
— Ждите. Сейчас буду.
На Валькирике я снова выбрал одно из уединённых мест. Этот час, в течение которого Лия мучительно превращалась из «лягушки» в царевну (хотя и не совсем лягушки) тянулся целую вечность. Господи! В какую великолепную и молоденькую красавицу превратилась Лия после применения атомарного золота! Она стала краше, чем была во время нашей первой встречи. Я не вытерпел, чтобы не похвастаться перед близнецами.
— Саша!
— Да, пап, — он так и застыл с раскрытым ртом.
— Сынок, ты что брату говорил? Закрой рот — кишки простудишь? Мне кажется. Что ты сейчас их простудишь
— Мам, ты стала такой красавицей, что глаз невозможно оторвать. Если б ты не была моей мамой, то я в тебя влюбился бы.
— Ну да. А раз я твоя мать, значит ты меня не любишь. Обидно.
— Мамулечка, родная! Я тебя очень люблю, но люблю как маму. Как свою самую лучшую и любимую мамочку.
— Да ладно, сынок. Я пошутила. Но мне всё равно очень приятно, что такая старуха, как я вызывает такие чувства.
— «А» в квадрате видел?
— Пока нет.
— Любопытно, что он скажет, — возникла ещё одна голограмма. «А» в квадрате сидел и что-то обсуждал в Гирманом. Вдруг Гирман замолк (так, как он был лицом к голограмме) и с отвисшей челюстью лишь разевал рот, не в силах произнести ни звука. «А» в квадрате с любопытством развернулся, да так и застыл.
— Батя! Ты где эту красавицу нашел? — послышался его дрожащий голос.
— В артиллерийском музее, в прошлом, — улыбаясь, произнесла Лия.
— Мама?!!! Не может быть!!! Ты моложе нас с Шуриком?
— Ну, какая есть.
— Не ожидал, не ожидал. Придётся тебя отбить у отца, — он улыбнулся.
— Я тебя отобью! В лоб получишь.
— Ага, если генерал Вергиль не смог отбить, то я и подавно. Ну, мамуля!! Ты и
Экстремальное приключение на работе перед отпуском. Часть 7.