Я с наслаждением таранил Люськину задницу. Она охала, ожесточенно лаская себе пизду рукой, выла, стонала. Ее дырка тесно облегала мой член, принося немыслимое удовольствие. Мы кончили почти одновременно. Сначала Люська – она прогнулась, застонала и замерла, упершись головой в кровать. Я с наслаждением закачал Люськину жопу своей спермой. Остановился. Член поник и сам выскочил из раздроченного ануса. Я посмотрел на него – да, Люська тоже клизму не делала. Вытер его о простыню.
Светлана как лежала, так и осталась лежать. Люська выпрямилась, села на кровать, немного повозила жопой по простыне.
— Песец, какая у тебя дубина здоровая! – простонала она. – Как же заебись!
Я усмехнулся. И чего она нашла в моем члене? Ну, 17 сантиметров – не так уж и много! Вышел из комнаты. Прошел под душ, подмылся. Член поник окончательно и не подавал вообще никаких признаков жизни.
Вздохнул. Пора, наверное, домой!
В комнате отдыха дымил папиросой Степаныч. Он сидел, обмотавшись простыней, как древнеримский патриций в тогу. Увидев меня, потянулся за бутылкой, плеснул в стопку. Себе наливать не стал:
— Я за рулем все-таки...
В комнату вошла Люська с простыней, как плащ, на плечах. Поморщилась, глядя на курящего Степаныча. Тот усмехнулся, тут же отреагировал – ухватил бутылку, налил полный фужер:
— Людочка, за тебя!
Люська усмехнулась, отпила глоток, села на стул, широко раскинув ноги, демонстрируя все свои прелести мне:
— Подлизы! Соблазнили, обманули и отодрали наивную девушку практически во все щели!
Она допила вино, поставила фужер и потянулась.
— Как же хорошо, мальчики! Как же здорово! Только попка побаливает...
— А что, Димка тебя в задницу не...того...? – поинтересовался Степаныч.
— Леш! – укоризненно ответила Люська. – Я ж не спрашиваю у тебя, как ты с женой!
— Да ладно тебе! – Степаныч усмехнулся, зажав папиросу во рту, кивнул на меня. – Вон, молодежь тоже интересуется. Ему просвещаться надо. А то чуть ревновать не стал ведь...
— Степаныч! – возмутился я.
— А что? – Степаныч привстал. – Вот пойду сейчас еще раз Светку трахну, будешь ревновать? За щеку ей кончу...
— У тебя не встанет! – засмеялась Люська, легонько поглаживая складочки влагалища кончиками пальцев и хищно глядя на него. – Ты уже старенький...
— Я – старенький??? - деланно обиделся Степаныч.
— А то! – засмеялась она. – Еще разок хватит силенок?
— Я лучше к Светлане схожу, - он вопросительно глянул на меня и осклабился. – Не заревнуешь?
— Ты заебал, Степаныч! – откликнулся я.
— Ну, смотри!
В это время дверь открылась. В комнату, едва переставляя ноги, чуть ли не в раскоряку, вошла Светлана. Она подошла ко мне, несильно хлопнула меня по щеке:
— Скотина! У меня всё болит. Сил нет.
— Подмылась? – поинтересовалась Люська. Светлана непонимающе посмотрела на нее:
— Ну да...
— Потерпи, я сейчас.
Люська встала, вышла в раздевалку, вернулась, держа в руках свою сумку:
— Ну-ка, наклонись, подруга!
Светка встала раком, облокотясь на стол, выставляя напоказ свой натруженный ярко-красный анус. Люська достала тюбик с кремом, выдавила чуть-чуть прямо на анус, аккуратно растерла вокруг, потом выдавила еще вовнутрь. Аккуратно засунув пальчик в дырочку, помассировала, размазывая крем по стенкам сфинктера.
— Ну как?
— Полегче, - Светка выпрямилась, села на стул. – Вроде меньше болит.
Степаныч налил ей вина в фужер. Светка кивнула в знак благодарности, отпила половину:
— Фу....
— Ну как тебе? – улыбнулся Степаныч.
— Нормально... Но если бы я знала заранее, куда едем, ни за что б не поехала!
— Почему? – удивилась Люська.
— Ну, вас, развратники! – устало усмехнулась Светка. – Такого беспредела я совсем не ожидала.
Гарри Поттер и его шалости