чувствовала себя виноватой. Заглядывая в её водянисто-голубые глазки я видел в них испуг и желание угодить. Как часто я ловил её провинившейся, она всегда реагировала одинаково. В этот раз всё её поведение и жесты выражали тайное сожаление. Мне даже стало жаль бедняжку. Я взял её за руку, погладил. Она тут же оттаяла.
— Ну, а вы как? Не скучали? — Алекс довольным гусем изучал Катину мимику.
Катя сидела излишне вальяжно, с притворным безразличием плыла довольным взглядом по соседним столикам, взбиралась на сцену, смеялась и улыбалась, наблюдая за разворачивающимся абсурдом мужчин-добровольцев, вытянутых на сцену в качестве домохозяек.
— Мы вас везде искали, — Катя бросила выразительный обвиняющий взгляд на мужа.
Ещё бы! Если бы он не оставил её, стала бы она целоваться на пляже с бывшим?
— И мы вас тоже, — Оля засмеялась. — А вы где гуляли?
Катя начала врать и, выяснив, что Алекс с Олей ходили в сторону старого города, сообщила, что мы искали их в противоположной стороне.
— Ну хорошо, что все нашлись, — резюмировал Алекс. Сложив руки на груди и вытянув ноги вперёд, он довольным гусем следил за очередной уморительной сценкой, разыгравшейся на сцене.
Поздно вечером, пожелав друг другу спокойной ночи, мы разошлись по номерам. Оля, уставшая и сытая, повалилась на постель. Я опустился рядом.
— Ты когда потрахаешься, с ног валишься, — заметил я, поглаживая мою куколку по спине.
Оля напряглась, она лежала отвернув от меня лицо. Глаза закрыты.
Моя рука поднялась по Олиным ножкам, скользнула под платье и быстро нащупала горячую щель в ложбинке между ягодиц. Трусики запутались там же, я легко пробрался сквозь них.
— Так заметно? — промурлыкала моя кошечка. В голосе её царила безнадёга. Она плавилась от возбуждения, заполненное смазкой влагалище манило горячей узкой дырочкой. Я не преминул случаем воспользоваться пьяной обессилевшей женой на своё усмотрение. Быстро скинув шорты с трусами, забрался на кровать и, оседлав Олину попу, забрал её с потрохами.
— М-м-м! — сладко промычала Оля, когда я одним махом вошёл в неё. Сладкая нега, в которой она купалась, затягивала и меня. Я принялся шлёпать мою девочку бёдрами. Опустившись на локти, нашёл наиболее удобное положение.
Оля быстро приходила в себя. Приподнимаясь на локтях, она подставляла попу, ловила влагалищем мой влетающий член.
— Сколько раз? — кряхтя, спросил я.
— Что сколько раз? — прогудела Оля в ответ.
— Сколько раз он тебя трахнул? — я ускорил тем. Мой онемевший член превратился в скользящий стержень, потерявший связь с владельцем. Я просто отпустил коней, предоставив телу инстинктивно делать всю работу.
Оля зафыркала в носик.
— Три-и-и, — наконец вытянула она жеманно.
— Ого! — я опять ускорился, теперь мой член долбил её как отбойный молоток.
— А вы? — простонала моя малышка.
Она теряла контроль, выворачивала шею и руки, чтобы схватить меня, укусить или поцарапать. За долгие годы бурной супружеской жизни я научился предохраняться выбором правильной позы. Оля была на таблетках, поэтому о нежеланной беременности можно было не волноваться.
— А у нас ничего не было, — сказал я, ухмыляясь.
Оля перестала вертеться.
— Кроме поцелуев, — добавил я со смехом. Она рассмеялась, облегчённо вздохнув, опять задвигала тазом навстречу.
Подошёл и разложил ночь по полочкам сильнейший оргазм. Обрушиваясь на жену, я думал о том, как она отдавалась Алексу в их номере. «Неужели у него хватило сил на три раза? — сокрушённо думал я. — Похоже, она реально его зацепила».
Засыпая, я думал о том, что Оля наверняка не предохранялась с Алексом, а значит, его сперма, весь
Сдерживания и несдерживания в санатории