прохлады на груди, без его ладони, она прошла, как была, голышом, в туалет. Весь низ гудел, мышцы болели. Она сполоснулась под душем. Стало легче. Жутко хотелось есть, и она полезла по кастрюлям.
На кухню вошла мама. Настороженным взглядом окинула обнажённую дочь, но промолчала, поскольку та просто светилась радостью. На столе остался не тронутый стакан со снадобьем для сына, и про себя она изумилась этому.
Сергей, проснувшись, и полежав, тоже направился в сторону туалета, правда остановился, услышав:
— Ну, как ты, Свет?
— Мам! У меня всё в голове перемещалось!
— В смысле?
— Такое ощущение, что там, в комнате, спит мой муж, и что у нас была брачная ночь, а впереди медовый месяц. А тот — вообще чужой человек.
— Значит, понравилось, когда нормальный мужик трахает?
— Мам, зачем так грубо! Он меня любил. Он меня отлюбил так, что пошевелиться сил не было, но мне было хорошо! Никогда бы не подумала, что в постели может быть вот так! Знала бы — не вышла за этого нытика!
— Слава Богу! Брат раскрыл тебе глаза на то, каким должен быть мужик!
От слова брат Светлане стало немного неприятно, но она промолчала.
— Ну, доча, и какие планы на будущее?
— Ты — права, надо разводиться и не думать! Получается, что я и понятия не имела, что значит заниматься любовью!
— И что дальше?
— Завтра же пойду и подам заявление о разводе.
— Нет, я про Сергея.
Светлана зарделась, пряча глаза от матери.
— Смотри не влюбись в него! Он, я смотрю, горячий жеребец, да и ты оказалась необъезженной кобылкой!
— Мам! Ну о чём ты говоришь! Нам просто было хорошо друг с другом!
Мама вздохнула:
— Так хорошо, что ещё не отказалась бы?
Дочь согласно закивала головой, что-то торопливо запихивая в рот.
— Ладно, чем ему бегать искать ещё кого-то... Только смотрите, голову не теряйте. Я пока поживу у бабушки, а вы — развлекайтесь, только в меру.
В меру вылилось в то, что любовью Сергей со Светланой занимались только с перерывом на сон, душ, да приготовление еды. Никогда Сергей не чувствовал себя таким счастливым. Утомившись, они начинали сексуальные игры. Светлана с радостью позировала на фото и видео в самых непристойных позах, позволяла разрисовывать гуашью своё тело. Только, как и говорила матери, Светлана сходила в ЗАГС.
Но, пришло время последней ночи. У Сергея было такое ощущение, будто он целый месяц провёл с любимой женщиной, медовый месяц.
Светлана лежала на постели в призывной позе.
— Серёж, ну, где ты там? Иди ко мне, я хочу.
Сергей ложится, и, обнимая, целует её. В последние два дня они заметно упокоились. Любовью занимались без смущения, как обычная супружеская пара, да и во всём уже ощущали друг друга как муж и жена, предугадывая желания и слова друг друга.
— Серёж, а ты бы хотел, чтобы у нас с тобой были дети?
Вопрос оказался неожиданным для него, ведь это огромная ответственность, и, кроме того, ещё вопрос, как к этому отнесутся их родители.
— Хотел бы, только как потом родителям объяснить?
— Придумаю. Главное, ты любишь меня?
— Люблю, а ты?
— И я люблю.
Служба. Оба они грустили и тосковали, переживали. Прошло совсем не много времени, и Сергей получил весточку от сестры, в которой она сообщила, что беременна. Это известие ошарашило парня настолько, что он целую неделю ни о чём другом думать не мог.
В марте родилась дочь. Назвали её — Любовь, Любовь Сергеевна. Сам Сергей приехал только в конце мая. Отец, едва встретив сына, вновь укатил на три месяца в очередную командировку. Едва успев познакомить сына со своим другом, обещавшим устроить на
Любовь на троих