область, чтобы лично принять участие в раскопках знаменитейшего памятника мировой истории и культуры Аркаим.
Илья увидел, как вразвалку, жуя жвачку и поглядывая на всех сквозь стёкла чёрных очков прошествовал Рома Кулибин, сын одного из московских рестораторов, мажор и хвастун, непонятно для чего поступивший на археологический. Рядом с ним, как обычно, крутилась его девушка Света, приторная красотка, которая училась на пару курсов старше и на практику поехала за свой счёт (вернее, за счёт Романа), чтобы "быть рядом с любимым". Вскоре пришёл и Сергей Сергеевич — молодой учёный археолог, старший преподаватель на их кафедре и начальник их практики. Человек во всём положительный, он к тому же обладал хорошим чувством юмора и лёгким характером, отчего всегда был любим студентами, которые с уважением между собой называли его "Сергеич". На практику Сергея Сергеича сопровождала его верная "подруга", Ирина Николаевна, ассистентка их кафедры, которую, как поговаривали, с молодым преподавателем связывали романтические отношения.
— Так, — деловым тоном Сергеич, — почти все в сборе. Не вижу только Колупаеву и Позднякову. Никто не знает, где они?
— Они уже на подходе, — сказал Илья, т.к. буквально несколько минут назад получил сообщение в ВК от Ксюши, что она и её подружка Аня Колупаева уже почти на месте.
— Хорошо, если так. Подождём их и будем двигаться на платформу. Поезд прибудет уже совсем скоро, — ответил Сергей Сергеевич.
К счастью, долго ждать не пришлось. Уже через несколько минут в поле зрения показались Ксюша и Аня, навьюченные большими сумками и рюкзаками. Завидев их, Илья и Никита сразу же побежали к девочкам, чтобы помочь им с тяжёлой поклажей.
— Наконец-то, — сказал Илья, целую Ксюшу в щёку, — я уже начал волноваться.
— Ну, не все такие пунктуальные, как ты. Девушка должна немного опаздывать, — кокетливо улыбнулась Ксения.
— Но не поезд же, — усмехнулся Илья, закидывая тяжёлый Ксюшин рюкзак к себе на плечи. Рядом с ними пыхтел Никита, забирая внушительный багаж Ани. Илья знал, что его друг был неравнодушен к простоватой хохотушке Ане Колупаевой, которая, однако, не воспринимала Никиту никак иначе, как просто хорошего друга.
Наконец, когда все уже были готовы, небольшой археологический отряд двинулся с места и направился на платформу Казанского вокзала. Вскоре, с пронзительным свистом и хрустящим шумом колёс, прибыл долгожданный поезд, который должен был всего через сутки должен был доставить их к долгожданному месту практики.
Сотни людей шумно суетились на перроне, уже выстраиваясь в длинные очереди для прохождения проверки документов. В шуме толпы можно было расслышать и громкий девичий смех, и грубые слова отборного русского мата, и плач маленьких детей.
— Ну, как настрой? — спросил Илья, обращаясь к Ксюше.
— Отличный, — ответила она, — Хочется поскорее погрузиться во всё это. Сергеич сказал, что мы будем жить в палатках. Очень романтично, не правда ли?
— К чему ты клонишь? — улыбнулся Илья.
— Я думаю, ты сам понимаешь, Илюш, — Ксюша ответила улыбкой на улыбку, — представь: Аркаим, палаточный лагерь, ты и я, вокруг глубокая ночь, тишина, и только женский стон...
— Ну всё, прекрати, — захохотал Илья, — не возбуждай меня раньше времени. На нас же смотрят.
— Можно подумать, это большая тайна, — Ксюша сказала это деланно обидчивым голосом, надув свои вкусные розовые губки, отчего Илье сразу же захотелось впиться в них крепким поцелуем, но он сдержался, ограничившись только нежным объятием.
— А я и не знал, что ты у меня такая распутная, — прошептал он ей на ухо.
— Ой да конечно! Прям открытие! Ты даже не догадывался, — иронично ответила она,
Раскопки. День второй