Мари было на это плевать - даже начнись сию минуту пожар, она бы не слезла со своей «жертвы».
Внезапно губы Жоселин изогнулись в томной улыбке, а на лице появилось довольное выражение. Она в два шага очутилась рядом с парочкой пыхтящих девушек и, опустив ладонь на сочные «булки» Мари, произнесла:
— Что же ты делаешь, девочка?.. Двигай не бедрами, а тазом! Так будет глубже и слаще...
Марибелл с удивлением вскинула бровь и даже замерла на мгновение, глядя на довольную женщину. А затем поддалась ей навстречу, прижимаясь губами к её пухлым губкам, окуная язык в глубины сладкого рта.
Отстранившись, Марибелл вняла совету и качнула всем телом, прогнувшись в спине и просто вворачивая пышный зад в бедра Колайн. Грохот мясистой плоти и влажные хлюпанья почти тотчас утихли, но вместо них вдвое сильней застонала Мари.
Колайн же и вовсе не заметила появления её матери. Закатив глаза от экстаза и вывалив изо рта безвольный язык, девушка просто плыла на волнах удовольствия, вздрагивая всем телом и шлёпая себя сиськами по подбородку. Жоселин провела пальцем по щеке дочери, залитой предэякулятом, а затем отправила его в рот.
Слизнув капельки лакомства, женщина с улыбкой сказала:
— Марибелл, тебя искала одна из девушек, что жили с тобой в пансионате. Кажется, её звали Тереза, - в такт движениям Мари женщина похлопывала девушку по округлой попе. - Но я передам ей, что ты... занята...
У двери Жоселин обернулась и с самым невинным видом и коварной алчностью во взгляде проворковала слова, от которых Колайн могла бы прийти в ужас:
— Марибелл, милая, когда объездишь эту «лошадку», не развязывай её. Я тоже хочу прокатиться.
Дверь снова клацнула, запертая снаружи мастер-ключом. Девушки остались наедине.
. . .
Брызги горячей ароматной спермы хлестали струйками во все стороны, орошая постель, пол и ближайшую мебель. Потёки густой белой слизи покрывали стену напротив задницы Марибелл, стекали по гардеробному шкафу, туалетному столику. А Мари, навалившись на свою девушку, просто лежала на ней, двигая ягодицами и буквально выдаивая извергавшийся семенем член.
— Милая, отдай мне все, - шептала онаа, лаская губами лицо безвольной Колайн. - Заполни меня до предела, подари мне ребёнка...
— Х-хватит... мне больно... - едва смогла выдавить из себя в ответ скрученная в дугу и связанная девушка. - П-перестань...
Оргазм Колайн длился уже третий десяток секунд, испепеляя её агонией удовольствия. Но Марибелл непрестанно ласкала член футанари своим упругим лоном, не давая и шанса прекратить эякуляцию, оборвать эту сладкую пытку.
— Любимая, ты ведь, как я, футанари, - тем временем не унимала шепот Мари.
Свой огромный член, как неуместную в этот момент безделушку, она отодвинулась в сторону и наслаждалась прекрасным видом Колайн, обильно покрытой, предэякулятом, слюной и смазкой.
— Ведь ты можешь больше, - приговаривая, она водила губами по трясущимся грудям своей подружки. - Не думай... просто излей в меня всё, что сможешь...
Впрочем, вряд ли в этот момент Колайн могла что-то слышать. Попросту разбитая и уничтоженная непрерывным тяжёлым оргазмом, девушка дико кончала, извергая массивные струи спермы, понемногу вздувавшие живот Марибелл...
. . .
Мари истязала удовольствием свою подругу, без трёх секунд, почти четыре минуты, жадно вбирая в себя «угощение». Член Колайн, грубо вломившийся через устье матки, непрерывно раздувал её свежими порциями густого семени, принося с собой восхитительное чувство тяжести.
Ещё через несколько минут мисс Тейт наконец-то «очнулась», расплываясь в полубезумной улыбке.
— Это... это было божественно... - хриплым, довольным голосом прошептала она.
Марибелл просто кивнула и, придерживая руками животик, округлившийся и отяжелевший от плескавшейся внутри спермы, привстала над кроватью. Член, залитый смазкой и покрытый взбитым в крем семенем, выскользнул из развороченного влагалища,
Вот такая история