ног на бревнышко. Звук был, будто что то лопнуло и сломалось, я надеюсь что бревно. Артем просто кремень, молчал как каменный, только всхлипнул и пальцы рук погрузились в мокрую древесину.
В глазах у Лушки я увидел разочарование и даже капельку жалости к культуристу. Но жизнь продолжалась, она развернулась и пошла обратно к реке. А я твердо знал, что всю оставшуюся жизнь местные будут интересоваться у меня, как здоровье детей чемпиона. Ну, того, который со мной приезжал. И улыбаться будут, специфически так и ехидно.
А еще я подумал, что этот мир опасное место. Секунду назад человек держал свою сладкую удачу обоими руками и драл ее в зад, но стоило чуть расслабиться и поскользнуться. .. эх.
Впрочем, не до философии и мыслей о смыслах, мостков через ручей была целая куча, некоторые были заняты, свободная память для фото была и это. .. профессионал должен делать свою работу. Я пошел искать другую достойную натуру.
Если честно, я не профессионал. Снимки были ужасные, темные и смазанные. Сейчас понятно, брать надо было светосильный полтинник, а не длиннофокусный зум. Мне видишь ли подробностей захотелось, тьфу на самого себя.
Единственный получившийся великолепно снимок запечатлел председателя. Обнаженный, в полной мужской готовности он стоял посреди ручья. А перед ним его коза. Она вообще стояла на одном бревнышке всеми четырьмя копытами. Уверенно стояли, непоколебимо. И так, как то странно смотрели друг на друга.
Но это я никому не покажу. Вообще никому, поскольку дураков у нас в роду много, чего уж скрывать, а самоубийц нет и надеюсь не будет.
Подкрался вечер