– И правильно сделал, сынок, что-то в этом роде я всегда ждала. Сердце матери не обманешь. Хорошо эта шлюха не беременная!
– А больше твоё сердце ничего не подсказывает? – выжидательно посмотрев на меня, поинтересовался Серёжка, склонив набок голову.
Взглянув в злые глаза сына, я лишь тихо спросила:
– С ним что ли?...
– Тебя это удивляет? – вздохнув полной грудью, спросил Сергей, сжимая в кулаке вилку, – ты этого мудака ещё не прописала сюда?
Я отрицательно замотала головой и встав со стула прошла по квартире, собирая вещи своего бывшего сожителя. Оставив в прихожке чемодан и задвинув щеколду на двери, я вернулась в кухню, присев возле Серёжи. Не найдя подходящих слов, чтобы выразить сочувствие сыну, мы молча сидели, отрешенно глядя перед собой. Отвлёк нас от горьких размышлений короткий звонок в дверь. Я тяжело встав со стула, отправилась в прихожую и открыла дверь. За ней стоял Корней, с заискивающим выражением на лице, нашкодившего пацана. Не отступая от порога, я протянула перед собой руку и связка ключей от квартиры легла в мою ладонь. Выдвинув ногой через порог чемодан с вещами ГоВНа, я захлопнула перед ним дверь. Не успела отойти, как вновь робко тренькнул звонок.
– Шура, ну куда мне на ночь? Давай поговорим... – сделал попытку мой бывший, но увидев за моей спиной здоровенную фигуру Серёжи, тут же захлопнул дверь и скорым шагом поспешно удалился.
Нервы мои не выдержали и уткнувшись в грудь сына, я беззвучно разрыдалась. Серёжка бережно обнял меня за плечи и желая успокоить мать, поцеловал в лоб.
– А может всё и к лучшему, мамуль. Не о ком нам жалеть. Завтра я заберу от неё вещи, подам на развод, и заживём мы с тобой, как прежде, Я даже рад, что так вышло. Рано или поздно это должно было случиться. Вот только с нашими проблемами полный пиздец и что нам с этим делать?...
– По первости и это можно решить, – коротко вздохнув, ответила я, отирая лицо от слёз. – Идём к тебе в комнату, я должна кое-что рассказать, только не спеши возмущаться и останавливать меня. Тебе пора об этом знать.
И я, сидя на кровати сына, привалившись к его плечу, подробно рассказала Серёже всё, что пережила за все годы своей юности, замужества, о визитах нашего братишки ко мне. За время моего рассказа, Серёжка, не перебивая сидел рядом со мной, обнимая за плечи свою мать, решившую пооткровенничать с ним о своём одиночестве. В конце своей исповеди, я высказала робкую надежду, что если он не станет возражать, то я, сознавая свою вину перед ним, постаралась бы восполнить ему утрату любимой женщины. Что могло бы решить и мои проблемы, коли так всё случилось, что остались мы без своих никчёмных партнёров в нашей одинокой жизни. А если моих трудов окажется недостаточно, так его тётка Надя не откажется посодействовать в этом. Мол, всяко лучше, чем искать утешение в обществе шлюх, подобных его жене. Умолкнув, я с волнением и робкой покорностью ждала от Сергея себе приговор. Сын долго молчал, не разжимая своих объятий, глубоко вздохнув, тихо сказал:
– Мамуль, это лучшее, что можно сделать в нашей ситуации. Нам обоим необходим секс, пусть даже такой необычный. У тебя с Надей и Володей опыт в этом был, для меня это почти экстремально, но тем интереснее. Слушая тебя, я почти возбудился, думаю, что всё могло бы сложиться не так хреново для нас, предложи ты мне всё это ещё год назад.
Исповедь одинокой женщины (эроповесть) Часть 2