до экстаза. Девица, замерев с головою, закутанной крепдешином, справедливо заметила:
— Ну, мужики пошли! Ебут и имя не спрашивают! Меня Владиславой зовут. Славкой, значит...
На жаркой летней улице Славка прилепилась к Вовке и потащилась еле-еле, нога за ногу.
— Мы так к обеду никуда не дойдем! – вяло возмутился Макаров.
— А куда спешить-то? – вполне резонно заметила Славка. – Справки у нас есть, завтра поедем подавать документы.
— Я поеду сегодня! – сказал Вовка, высвобождая руку. – Вон как раз трамвай подходящий выруливает!
— А я – завтра! – крикнула Славка ему в спину. – В медицинский!
Через несколько лет Макаров случайно встретил Владиславу, не тощую, как девчонка-подросток, а вполне виолончелистую, и катящую перед собой широкую коляску, рассчитанную на двойню. Она мельком глянула на него своими зелеными глазами с поволокой и не узнала...
Пух, Перо