оставалось лишь слушать. Слушать нынешних коллег, когда они вполголоса, поглядывая на дверь — не зайдет ли кто — обсуждали своих кавалеров. Слушать своих одногрупниц, которые без всякого стеснения обсуждали свою личную жизнь и делились опытом. Слушать своих бывших одноклассниц, наконец. Которые в старших классах лишь посмеивались над девственностью Ксении.
Одна жаловалась, что секса не было уже полгода. Другая вежливо помалкивала, слушая эти причитания, стараясь не напоминать о том, что у нее то как раз личная жизнь идет на твердую пятерку. Третья взахлеб рассказывала, какого мальчика она встретила и что, несмотря на недолгое знакомство, сегодня собирается дать ему насладиться ее телом. А четвертая тихо, то и дело оглядываясь через плечо, рассказывала ближайшим подружкам, как сделала первый в ее жизни минет.
А Ксению интимная жизнь, судя по всему, решила как следует продинамить. И именно это дикое желание послать все к чертям, заставило родиться Миранду. Которая была именно тем, чем хотела быть Ксения.
Немного распутной, слегка развратной, сексуальной и опытной в постели.
И Ксюша, положив палец на кнопку дверного звонка, мысленно позвала Миранду и всучила ей ключи от своего тела. Отдала руль и затаилась в самом краю сознания.
И Миранда, откинув все сомнения в сторону, решительно нажала на кнопку.
Раздалось переливчатое пение птиц. Спустя несколько секунд — торопливые шаги. Тишина, но Ксения ощущала на себе взгляд, брошенный сквозь дверной глазок. И лишь затем щелкнул замок.
Он был именно таков, каким был на фотографиях.
Даже с учетом каблуков, надетых на Ксении, он все равно был на полголовы выше ее. С мускулистым торсом и руками. С широкими плечами и внешностью, достойной статуи Эроса, которую ваяли где-то в конце трех сотен аналогичных, а потому сделали работу немного халтурно, слегка добавив лишку и случайно сколов немного ненужного.
Высокий разлет густых бровей, дерзкий подбородок, слегка впалые щеки, глубоко посаженные глаза и короткая стрижка каштановых волос.
Но все это было не важно. Ксения увидела его взгляд и все перестало для нее существовать. Уверенный в себе, смотрящий точно ей в глаза. И Ксюша лишь мысленно улыбнулась, поняв, что у него голубые глаза, которые смотрелись на лице совершенно противоестественно. Было в них нечто детское, невинное, что совершенно не вязалось с его гордой осанкой.
— Миранда, — скорее утвердительно сказал он, пропуская девушку внутрь.
Он не знал ее настоящего имени, а она не знала его. Ксения сильно сомневалась, что его зовут Романом. Была в нем некая... уверенность. Убежденность в своих возможностях. Будто Ксюша была далеко не первой девушкой.
И ее это устраивало. Он не знал о ней практически ничего. Лишь ее сексуальные предпочтения. А для нее он был почти что полным незнакомцем.
Еще когда Ксения только поняла, что появление Миранды может решить множество ее проблем и удовлетворить несколько тайных желаний, она сразу поняла, что не желает видеть знакомые лица в ипостаси Миранды.
Стыд, смущение. Ксения никогда бы не сумела перешагнуть через себя, отбросить все сомнения и притвориться дерзкой сексуальной красоткой, если бы на нее смотрели знакомые глаза. Смотрели как на Ксюшу, а не как на Миранду.
И она сделала то, что хотела. Ее анкета на сайте знакомств была весьма популярна. Еще бы! Ксения постаралась и сделала дико сексуальную фотографию, по которой, как она надеялась, ее никто не сумеет опознать, даже если случайно наткнется на загадочную Миранду.
Ксения была на фотографии лишь в нижнем белье, красиво изгибаясь, удерживаясь одной рукой за дверной косяк. При дерзком макияже, да еще и в маске, скрывавшей верхнюю часть личика девушки. Лишь смотря на эту картинку Ксюша испытывала прилив желания, сама не понимая от
Панель. Машка. Пути назад нет (ч.6) (Продолжение)