не заметил, да и кончил в тебя. Так какая тогда нахер тайна?
— Пап, было конечно очень больно, когда ты всунул. Но постепенно боль прошла и сделалось так кайфово, как никогда в жизни. Ну что ты из этого делаешь трагедию? Тайна? Это мне надо возмущаться по поводу тайны. Но я же молчу.
— Глупенькая. Ты же замуж собралась. Как мужу будешь объяснять, если вдруг залетела? Нет мне прощения! Дурак старый!
— Па, я тебя уже простила. Но если ты так себе посыпаешь голову пеплом, то поклянись, что выполнишь мою просьбу, если очень понадобится.
— Конечно доча, конечно. Клянусь выполнить всё, что пожелаешь
— Вот и отлично. И не забывай, что поклялся.
— А что за просьба?
— Когда очень будет нужно, тогда и появится просьба. А сейчас садись и ешь! Тебе уже в поле пора.
Прошло пару месяцев. Настёна вышла замуж. И они с мужем переехали в райцентр в новую квартиру. Частенько приезжали в гости. И я, и Настя упрямо делали вид, что между нами ничего не произошло. А через 7 месяцев после свадьбы Анастасия родила. В гости стали приезжать реже. Да и то в основном чтобы нагрузиться продуктами. Но всегда, когда ебал очередную бабёнку, в памяти возникал момент, как Настя, выгибаясь, кончала подо мной. И как её тугая пизденочка сильно сжимала член. Я упрямо отгонял эти видения, но они возникали снова и снова. Укорял себя за это. Но ничего не мог с собой поделать. Память упрямо подсовывала эти сладкие мгновения. Проклинал себя, на чем свет стоит, но момент, когда Анастасия пятками била меня по спине, вколачивая в себя член, возникал снова и снова.
Однажды Настёна приехала на выходные с n летней Валюшкой в гости. Я у них в гостях практически не бывал. Ольга уже год как переехала жить к ним. В деревне намного больше физической работы, чем в городе, а здоровьице у супруженции уже начало хромать. И в деревню после переезда она не показывалась. Мне же, чтобы съездить в гости, надо было оставить хозяйство (корова, свиньи, куры, гуси), а это невозможно. Все просили жрать. Поэтому для меня приезд долгожданных гостей был настоящим праздником. Внучка со мной бегала все время. Даже пыталась кормить пернатых. Пыталась погладить поросяток. Единственно, что я ее не взял с собой так это доить корову. Ещё не дай Бог лягнёт ребёнка. Перед отъездом Настя спросила:
— Пап, правда же Валюха похожа на тебя?
— Конечно. Наша порода!
Они уехали, а мне так тоскливо стало и одиноко, хоть волком вой. Но галдёж гусей, вернувшихся домой и визг поросят, требующих покормить, отвлекли от этих невесёлых мыслей.
В следующую субботу под вечер Настя приехала сама.
— Привет. Доча, что то случилось?
— Пап, почему должно что то случиться, чтобы я к тебе в гости приехала? Но если ты не рад, то поеду назад.
— Настя, не мели чепуху. Ты же знаешь, что я всегда рад тебя видеть.
— Ну тогда пошли, помогу тебе управляться.
— Отдыхай. Я и сам еще смогу.
— Да мне хочется вспомнить, что было n лет назад, — я вопросительно, с удивлением взглянул на неё, — а то поди уже и забыла как в ризаках навоз месить.
Вдвоём, конечно, намного быстрее всё делать. Когда все работы были завершены и мы уселись за ужином, я не выдержал.
— Настя! Я же тебя знаю как облупленную. Колись. Что случилось? Олег побил?
— Да нет пап. Никто никого не бил. Кстати. А ты не забыл свою клятву?
— Какую?
— Когда ты n лет назад у меня просил прощения.
— Помню. И что
Сочи-94