и лёг, но с таким расчетом, чтобы страпон не коснулся Натали. Она была в довольно короткой ночнушке, которая лишь немного прикрывала попку. Другую руку Алексей положил между собой и Натали. Вскоре он начал дышать так, как будто уже уснул. А сам навострил уши, прислушиваясь к дыханию Натали. Довольно долго пришлось ждать. Уже сам почти засыпая засек спокойное и мерное дыхание женщины. Дабы проверить, он тихо спросил:
— Спишь? — ответа не последовало.
Но даже если бы она ответила, то можно было спросить разрешения передвинуть руку, которая вроде бы затекла. Алексей медленно начал поднимать руку, одновременно зацепив ночнушку и оголив попку. Напустил слюны в ладошку и так же медленно и осторожно вернул руку назад. Намочил этой слюной страпон. Придерживая край страпона средним и указательным пальцами, он начал медленно придвигать таз ближе к Натали. Как только его рука коснулась трусиков, он быстро и виртуозно подцепил их большим пальцем, немного оттягивая и сдвигая в сторону полоску, закрывающую промежность. И в это же время резко двинул тазом, вонзая намоченный слюной страпон в желанную щель. А второй рукой со всех сил прижал Натали за низ живота к себе. Натали, просыпаясь, никак не могла сообразить, что внутрь её кто то, что то протискивает. Она закрутила попкой, но эти движения лишь помогали страпону глубже проникать во влагалище.
— Тише, Тонечка, не кипиши, — послышался шепот Алексея (вроде бы он думал, что это его жена, а не падчерица). Он пальцами растягивал губки, чтобы страпон легче влазил и не загребал за собой губки.
Наконец страпон вошел на всю длину и половинки Наташиной попки расплющились об его живот. Натали посчитала, что отчим спросонья засадил ей вместо матери.
— Дядь Леш, я не мама. Вынь! Сейчас же вынь! — и начала крутить попкой, при этом постаралась оторвать от своего живота руку, не позволяющую ей сорваться со страпона. Но силы были не равны. Алексей крепко прижимал Натали к себе и делал короткие резкие движения тазом, вонзая страпон в податливую щель.
— Натали?! — он изобразил удивление.
— Да, я. Ты сейчас вонзил свой член, в дочку своей жены. Немедленно вынь и убери пальцы с моей письки.
— Не понял? Как это я ошибся? И засадил по ошибке тебе?
— Раз понял, что ошибся, значит вынимай.
— Ээээ, нет дорогая. Раз уж мой член вонзился в тебя, то какая теперь разница, сколько он в тебе будет торчать. Секунду или час. И не надейся. Выну только после того, как мне удастся кончить. Ну и тебе соответственно, — и продолжил резко нанизывать пизденку на страпон (пальцами уже почувствовал, как щель начала увлажняться).
— Ну что же это такое? Пусти говорю и вынь.
Но Алексей лишь продолжил вонзать страпон. Натали попыталась, протянув руку, оттолкнуть отчима. Чтобы она не обнаружила, что насажена не на член, а на страпон, Алексей, продолжая одной рукой прижимать за живот, другой перехватил руку Натали и, заведя за спину, удерживал. Но теперь отпущенная полоска трусиков касалась страпона и вымачивала выделения. Натали уже почти смирилась со своим положением, как неожиданно даже для неё самой затряслась в оргазме. Она, как рыба, выброшенная на берег, начала судорожно хватать воздух и захватив свободной рукой простынь, так сильно потянула, что даже из под Алексея немного вытянула. А он не снижая скорости, продолжал вколачивать в неё страпон. Одеяло давно уже сползло на пол. Но оба не чувствовали прохлады. Натали уже не сопротивлялась, а лишь шумно выдыхала, когда страпон на всю длину вонзался в её пизденку. Падчерица уже несколько раз взлетала на
люблю его