Тогда я просто начал целовать ее ниже, сначала подбородок, затем нежную девичью шейку, ключицы и вот дошел до груди, скрытой наполовину съехавшей деталью одежды. Она позволила снять с нее это красное кружевное чудо и тут уж я дал себе волю. Я мял, терзал, облизывал и целовал ее крупную грудь с распухшими ореолами и торчащими сосочками. Мариночка стонала и дрожала от моих ласк, и тогда я решил пойти еще дальше.
Я сорвал с нее фартук и моему взору предстало настоящее сокровище — аккуратные губки скрывали запретный плод. Я бросился целовать ее восхитетиельно гладкий животик, потом пошел ниже и вот уже мои губы покрывали поцелуями вход в ее чертог наслаждений. Я аккуратно раскрыл пальцами эти нежные лепестки, и проник язычком в сочащуюся соком вагину моей девочки.
Совершая там ураганные движения языком, я почувствовал как содрогается ее тело, услышал долгий хриплый стон и понял, что Марина уже на грани. Я ускорил движения и моя доченька закричала совсем уж неприлично громко. Ее спинка выгнулась дугой, по телу прошла волна экстаза и я почувстовал на своих губах терпкий сок любви. Я остранился и взял ее вспотевшие ладошки в свои руки. Марина продолжала извергаться и стонать в судорогах наслаждения. Наконец она успокоилась и лишь тихонько охала, сжимая свои ладошки.
В спальню вошла Вика. Она уже закончила домашнюю работу и обратилась к нам с риторическим вопросом:
— А чем это вы тут занимаетесь, а?
Мы рассмеялись все втроем, а потом я привлек ее к себе и поцеловал в призывно открытый ротик. Вика прильнула ко мне и я почувстовал как напряглись ее соски...
********* Начало *********
После того, как в нашей семье появились дети, моя жена начала постепенно охладевать к дальнейшей семейной жизни. Я был уверен, что это временное явление после рождения нашей первой дочери — Вики. Мне казалось, что второй ребенок исправит ситуацию. Но с рождением год спустя Мариши стало только хуже. Постоянные ссоры, скандалы и угрозы превращали жизнь в ад кромешный. Поэтому когда жена, в одночасье ставшая бестией, предложила развод, я с радостью согласился. Жена была согласна, чтобы дочери остались со мной, и поспешно исчезла из нашей жизни. Мне удалось найти хорошую работу, и вскоре вся моя жизнь стала вращаться вокруг маленьких прелестных созданий.
Я с удовольствием уделял все свободное время Вике и Марине. А пока я был на работе за ними следили мои родители. Дочери росли в атмосфере любви и заботы, им ни в чем не отказывали. На удивление, такое воспитание не привело к чрезмерной капризности моих крошек, а как раз наоборот — научило их ценить семейный бюджет и хорошее отношение.
Еще в подростковом возрасте мои девочки выглядели настоящими красавицами. Они следили за собой, рано начали носить откровенную одежду и вызывать нескромные мысли у встречных мужчин. И все это при том, что обе мои дочери оставались без сексуального опыта вплоть до поступления в институт. Объяснялось это прежде всего тем, что большинство парней, которые их окружали, были уверены что такие девушки просто не могли быть в одиночестве. Но ни Вика, ни Марина терпеть не могли шумные кампании и громкую музыку, они практически не появлялись на молодежных «тусовках», у них не было своры подружек и привычки хихикать при каждом удобном случае. Искренние улыбки часто можно было увидеть на их еще совсем детских лицах, искусственную ухмылку — никогда. Почему-то большинство парней считало все это признаками недоступности и чванства, никто из них так и не решился заговорить с моими дочерьми.
Естественно, все это никак не приглушало сексуальный голод моих
