восхищенным взглядом. Внизу животика зажглось. Ах! Я сидела перед ним и чувствовала себя сказочной принцессой, в которую влюбился юный принц, прискакавший спасать ее на белом коне. Да, меня нужно было срочно спасать от надоевших серых будней и тоски бессонных ночей с горячими слезами в подушку тайком от всех подруг! Я молча поманила его к себе пальчиками, и он послушно скользнул к моим ногам, целуя подол моего пышного платья и мысочки туфелек, скрывавшихся под ним. Ах, обмануть его нетрудно, он сам обманываться рад, по морю мчится его судно, и Посейдону кэп наш брат! Я опустила ручку и нежно взъерошила ему волосы. Он тут же перехватил ее и восторженно расцеловал мои пальчики. "Ты... Вы.. Богиня! Я каждую ночь мечтал о такой! Я с детства любил Вас! И я знал, что однажды Вы придете ко мне!" сходя с ума от меня и аромата дорогих духов его мамы. Его голос звенел и срывался от волнения и страсти. А я сходила с ума от восторга вместе с ним в эти мгновения. И у меня перехватывало дыхание, учащенно билось сердечко в груди и сладко кружилась голова. Я смотрела на него, млела и таяла от желания любить и быть бесконечно нужной и любимой моему так нежданно-негаданно свалившемуся на голову сказочному принцу! "Подай мою сумочку, пожалуйста!" тихо попросила я Вадима. Он вскочил и метнулся за ней. "А теперь разденься до трусиков и носочков!" приказала я. Мальчишка послушно сделал это. Мой взгляд смущал и возбуждал его одновременно. "Молодец!" похвалила я его. "Встань передо мной!" – "На колени?" быстро спросил он, собираясь опуститься на пол в прежней позе. Я улыбнулась. "Нет, не надо. Просто стой смирно передо мной!" Я достала из сумочки пачку презервативов. "Заешь, что это такое?" спросила я. Он молча кивнул. "Достань своего мальчика, пожалуйста. Я помогу ему одеться!" проворковала я. Мой сладкий кавалер стыдливо покраснел, но вытащил наружу свое юное достоинство. Я подалась вперед и поцеловала его. Ах! Он сразу заметно окреп! Я улыбнулась. "Держи его ручкой покрепче. Я быстро!"" Мои пальчики без задержки раскатали беловатое колечко по члену Вадимчика, и он застонал от восторга, любуясь
мной и тем, что я делала с ним. Я сама заправила член мальчишки назад в трусики и встала, прижимаясь к нему дорогим пышным платьем. "Это для того, чтобы ты не протек и не испортил мамин наряд! Мы же не сразу побежим в постель, как дети, правда? Ты же еще поухаживаешь за мной и потанцуешь? Я хочу, чтобы ты вел себя со мной красиво и достойно. Как настоящий взрослый!" нежным голосом говорила я ему, видя, как у него искрятся глаза от возбуждения. Он весь дрожал и горел, осторожно прижимаясь ко мне всем телом. "Мы с тобой одни, мой миленький. На нас никто не смотрит. И ты можешь смелее со мной. Вот так!" сказала я, обольстительно улыбаясь мальчишке и беря его руки и опуская себе на груди. "Погладь и поцелуй их. Они любят нежность и ласку!" Он восторженным стоном отозвался на мои тихие слова
и действия. "Мне все кажется, что я сплю и вижу удивительный сон!" признался Вадим, восхищенно и благоговейно ощупывая и лаская мои полные сладкого желания сисечки. Я тихо рассмеялась. "И у меня тоже такое же ощущение! И мне очень хорошо с тобой, мой мальчик!" Я поцеловала его в губы, потом слегка отстранилась от него и смело вытащила наружу обнаженную левую сисечку. "Вот, пососи мой сосочек! Понаслаждайся! Но без прикусываний! Только губками и язычком!" строго
Не стреляй. Часть 2. (14 из 21). Ната, Ира