И она мнёт и гладит твердеющую плоть, а я, не дожидаясь особого приглашения, глажу её по попе, пока сквозь ткань. Затем я развязываю пояс её халата, и скидываю его с плеч. Она делает то же самое. И мы обнимаемся, целуемся, трёмся телами. ласкаемся руками... вот она становится на колени, и разглядывает мой член, теребя его пальцами. Касается кончиком языка, облизывает, потом касается губами, и забирает в рот. Становится хорошо, все тревоги по поводу будущего улетучиваются. Она сосёт самозабвенно, тоже, видимо, забывая о тревогах.
Но вот она выпускает член изо рта, и размыкает объятия, я захожу сзади, и тоже опускаюсь на колени. Она наклоняется и упирается руками в пол, и я проникаю в хорошо увлажнённую щелку. Одной рукой мну ей груди, другой ласкаю клитор. Она извивается от удовольствия, и это заводит меня ещё сильнее. Вспоминается стюардесса в самолёте. Красива, чертовка, её бы тоже... и кажется, что и перелёт, и стюардессы, всё было давно, в другой жизни...
А моя подруга дёргается бешено, не иначе, кончает. И меня накрывает сильный оргазм.
Минут с десяток мы лежим на полу, нет сил встать. Но потом всё же идём в душ, после укладываемся на кровать. Кровати на конспиративной квартире широкие, но вдвоём тесновато. Помещаемся, не хочется расставаться.
Через полчаса у меня снова стоит, и мы, меняя позы резвимся уже на постели. Сквозь дверь слышно, что кто-то пришёл, но мы не прекращаем веселье, пока снова не кончаем. Входим в халатах в холл, и направляемся мимо наших опекунов в душ. Занято!
– Придётся подождать, ещё один попутчик прибыл. А нам уже нет смысла уходить, скоро вас провожать.
«Навстречу неизвестности с немытыми гениталиями! Романтично!» – подумалось мне.
Впрочем, скоро дверь открылась, и из душа вышел крепкий мужичок в трениках и майке.
– Володя – и протянул руку.
– Потом познакомитесь, времени совсем нет, у вас три минуты...
Когда мы выбежали из душа, Володя, уже одетый на выход, с большой спортивной сумкой у ног, спросил удивлённо:
– А вы что, супружеская пара?
– Да – ответила Юлька, – а что в этом удивительного? – и скрылась за дверью.
– Вообще-то семейных туда не берут, ни поодиночке, ни парами
– Откуда такая осведомлённость?
– Не первый раз...
– Иди уже, одевайся, время в машине сидеть, а ты ещё без трусов! – зарычал старший конвоя.
***
На этот раз был микроавтобус. Тоже «мерс». Почти сразу дорога пошла вдоль очень серьёзной бетонной стены, метров пять в высоту. Тут мы действительно познакомились с попутчиком, и стали выспрашивать, что да как.
– Не дрейфьте, никто вас разбирать на органы не будет, и медицинские эксперименты ставить тоже. Нормальная работа, с хорошими условиями.
– Но что там, расскажи...
– Сами скоро всё увидите.
Проехали один КТП, ещё один, подьехали к мрачному зданию. Подошли к массивной двери, старший достал перфорированную карточку, и сунул в неприметную щель. За дверью оказалось небольшое помещение типа вестибюля с двумя лифтовыми дверями. Старшой подошёл к правой, и нажал кнопку.
– Заходите. Володя, пояснишь им, что будет непонятно.
Странный лифт, с противоположной стороны тоже дверь, как в вагоне метро.
– Пару минут надо подождать – спокойно сказал Володя, но наше с трудом обретённое спокойствие улетучилось. Мы с Юлей обнялись, как перед казнью. Минут через десяток дверь действительно открылась. Перед нами снова был небольшой вестибюль. Володя закинул сумку на плечо, и пожелав нам всего... сорвался с места и удалился, поприветствовав на ходу находившуюся в вестибюле парочку, исчез из виду. Парочка двинулась нам навстречу. Мужчина, махнув рукой к себе сказал:
Помог подруге.