хорошую работу, это может спасти тебя от беременности.
Она поняла, что я сделал, и хихикнула:
— Да, ублюдок, это может быть моя спасением! О, боже, я надеюсь, что он не заметит вкуса.
Я выключил ее телефон, связал презерватив и протянул ей:
— На всякий случай, если он разозлится, ты сможешь показать ему, что это была шутка.
Она засмеялась:
— Он определенно разозлится, но я укрощу его. В конце концов, это была его идея.
***
После моего возвращения в Англию, мы с Элеонорой поддерживали довольно регулярные контакты. Она прислала мне пару ее фотографий в своем любимом голубом шелковом белье. Она выглядела так же великолепно, как и всегда. Ее записка была милой: «на случай, если тебе когда-нибудь понадобится свидание с миссис Палмер».
Так закончилось то, что было одной из самых странных глав моей жизни. Элеонора научила меня многому о себе и немного о людях. Я никогда не думал, что смогу обмануть свою жену в апреле, но я так легко впал в роль обманщика и негодяя, что теперь менее склонен судить других людей. Вы никогда не узнаете, что будете делать в какой-то ситуации, пока не окажетесь в ней.
Что касается моего брака, я как никогда полон решимости сохранить его. Я часто чувствую вину за свои действия: я лгал и обманывал. Я стараюсь отбросить это чувство, и Эйприл получает много подарков в те дни, когда я чувствовую тяжесть раскаяния, больше чем когда-либо.
После пьянки