весной стукнет тридцать, холостой, теперь уже — спасибо фирме! — сравнительно обеспеченный мужчина изнывает от полового воздержания и еле успевает сглатывать слюну при виде любой юбки.
Кстати… Юбки! Юбки Витька любит. Брюки нет. В смысле, любит голые ножки под юбкой, колготки-чулочки, круглые коленки, мелькание упругих ляжек в разрезе. В брюках — в таких, что одевают на пикник, — фигура моментально теряет форму и женственность.
Тут все были в брюках… Ну, кроме нескольких жён в вечерних платьях, которые не привлекали интереса по другой причине.
А тусовка тем временем расходилась. Не в смысле по домам — рано ещё. А в смысле — вширь! На полянке стоял большой стол, на котором были бутылки с пивом и вином, закуска типа орешков и чипсов, стопки одноразовой посуды. За столом все не помещались, ходили кругами, беседовали — фуршет. Кто-то пинал воланчик, кто-то метал петанг. В углу жарко дымил мангал, распространяя по двору аппетитный аромат мяса с травами. Из дома через распахнутые окна гремела громкая энергичная музыка.
Витька нашёл себе место на ящиках с пивом под колючим кустом шиповника неподалёку от стола. Сидел, потягивал пилзнер прямо из бутылки и потихоньку рассматривал девчонок.
Вот те, что помоложе, — их он уже знал, они работают в мониторинге, их все знают. Кажется, ещё даже учатся. Не в школе, конечно, но ВУЗы вряд ли закончили. Им на вид не больше двадцати. Молодые и симпатичные. Обе стройные, в бадминтон играют с двумя парнями — тех он не знал. У одной грудь побольше, соблазнительно подпрыгивает под рубашкой. У другой незаметная. Та вообще, как мальчишка, и стрижена коротко. Зато так заливисто хохочет! Очень заразительно. Рот большой, лицо раскраснелось, глазки блестят!
Вон стоит молодая чуть полная дама. Где-то сразу за тридцать, наверное. Чья-то жена, чувствуется, судя по платью. Стоит одна с бокалом красного на дорожке возле крыльца. Почему стоит, не подходит, понятно — на ней не только элегантное платье с декольте и высоким разрезом по бедру сбоку, но и высокие шпильки — ей на газон никак. Поглядывает в сторону Вити.
«Подойти что ли? Что-то лень, не в моём вкусе.»
Вот не любит он крупные формы. Ему вон та студентка без сисек милее. И потом, о чём ему с ней говорить, чья она вообще? Вляпаешься ещё во что-нибудь.
Музыка за окном сменилась на лирическую, что-то пронзительное из старой французской эстрады.
«Нет, надо подойти!»
Жалко дамочку. А то сейчас не выдержит и попрётся всё же на поляну на таких каблуках.
— Привет! — Он стал рядом лицом к тусовке. — Повезло нам с погодой, прямо знойный летний вечер!
— Привет! Да, я говорила Диме, чего вы в деревню? Давайте лучше в ресторан, ну, или хотя бы в пансионат. А оказалось, хорошо. И не грязно, и комары не кусают.
— Ну, комары — это обычно в начале лета. Теперь уже и слепни откусали, только мухи остались. Ветерок, приятно, всех сдуло.
— Места мало. — Она посмотрела под ноги, оглянулась назад на крыльцо. — Я танцевать хочу. Такая музыка! Нравится?
— Музыка?.. Да, лирическая, навевает.
— А пойдём в дом?! — Она вдруг оживилась и помахала в сторону толпы. — Дима! Дима!
Подошёл Дмитрий Василич. Да, как и предполагалось, это оказалась его жена.
— Дима, мы так и будем здесь… — она запнулась, подбирая слово, — стоять? Нас в дом не собираются приглашать.
— А что там делать? — Начальник посмотрел на Виктора, и было понятно, что не узнал. — Сейчас шашлыки будут, пойдём к столу. Или… — Он осёкся и, отворачиваясь от постороннего, приглушая голос, махнул рукой вверх
школа 12-я часть