Вообще, Ленка была склонна к полноте, но по всему виделось, как усердно она с этим боролась. При весьма крупных объемах, она была подтянутая и гладкая. Виолетте нравилось, хотелось кусать ее за бока, попку, ляжки. Собственно, ограничивать себя она в этом не стала, и, насаживая Ленку на руку, она изрядно искусала ее задницу. Лена стонала и рычала, просила еще. Виолетта почувствовала, как она стала податливой и эластичной внутри, и вошла еще одним пальцем, свободным оставался только большой.
— Еще, еще! Трахай, трахай меня! — Лена крутила головой и кусала одеяло, подставляла зад поближе к подруге, и раздвигала, как могла, ноги.
Виолетта оперлась на ее поясницу одним предплечьем, навалившись сверху, при этом продолжая трахать рукой. Вдавленная в кровать, под тяжестью тела Виолетты, Лена ощутила себя беспомощной и беззащитной, крепко насаженной на руку, и очень скоро ее накрыл мощный оргазм.
Осторожно вынув руку, Виолетта поцеловала только что оттраханную и благодарную промежность Лены, и легла рядом, обнимая ее. Лена прильнула к ее плечу, потерлась светлой головкой и поцеловала выпирающую ключицу.
— Тебе хорошо? — прошептала Виолетта.
— Очень. — Лена уже мурлыкала, засыпая.
Очень скоро Виолетта уснула и сама. Проснувшись раньше Лены, утром она обнаружила ее в своих объятиях. Они так и спали, в обнимку, всю ночь. Лена была прекрасна, без этого идеального дорогого макияжа, который стерся за ночь, без укладки. Утреннее солнце играло в ее светлых, немного спутанных волосах, Виолетта осторожно убрала пряди волос с Лениного лица, и тут она открыла глаза.
— Доброе утро. Ты не ушла? — Ленка улыбнулась, обнажая белые ровные зубки.
— Куда я теперь уйду, Лена...
— Останься. — Ленка обвила ее руками, и нежно поцеловала. — Я так долго этого ждала.
В мотеле