общаемся с другой парой, но сегодня вечером Ронда захотела Крэйга, поэтому мы позже поедем к нам домой, — объяснил он.
Объясняя, он не показывал никаких признаков смущения или стыда, и оглядываясь через плечо, я мог видеть, что Эмили внимательно слушает.
— Понятно, — ответил я, кивая.
— Кажется, все так просто... Я имею в виду, что ожидала большего... чего-то... — заикалась Эмили, высказывая свое мнение.
— Больше страха? — с коротким смешком спросил Хэл.
— Да, наверное, — подтвердила моя жена.
— С опытом становится легче, — ответил он.
После короткой паузы я опять заговорил:
— Вы знаете, мы ожидали, что... люди... эээ... будут более агрессивными.
Пожилой мужчина начал смеяться, и продолжал несколько секунд, прежде чем сказать:
— Вы испускаете нервные вибрации. Особенно, сидя здесь, в баре. Сядьте за стол, и получите больше внимания.
— В самом деле? — спросил я, не зная, что еще сказать.
— В самом деле, — ответил он, а затем быстро добавил: — Все мужчины здесь уже внимательно осмотрели вас, миссис Эмили, на случай если вы не обратили внимания.
Повернувшись к своей жене, я увидел испуганное выражение ее лица, и она глубоко покраснела.
— Не сесть ли нам за стол? — спросил я с ухмылкой.
— Было бы неплохо, — выпалила она, и мы с Хэлом рассмеялись.
— Милая, вы не хотите потанцевать? — спросил старик, глядя мимо меня на мою жену.
Использование им этого слова удивило меня, но быстро придя в себя, я повернулся к Эмили и пожал плечами, показывая, что не возражаю. Эмили любит танцевать, а так как я ненавижу, это часто становилось точкой напряжения. Тем не менее, это было необычное для нас место, и был момент колебания, прежде чем она встала и приняла руку мужчины.
Хэла лучше всего описать как средний. Он был сантиметров на пять ниже метра восьмидесяти и имел среднее телосложение с каштановыми волосами, на которых пробивались седые пятна. Когда они подошли к танцполу, играла быстрая музыка, но едва они подошли, она закончилась и началась медленная. Недолго думая, он учтиво заключил мою жену в объятия, и они начали двигаться под музыку, как будто делали это десятки раз. Это было незадолго до того, как Ронда заметила их, и хотя я мог видеть, как она говорит с ними, было слишком далеко, чтобы я мог услышать.
Ронда и Крейг вернулись первыми, и после нескольких быстрых слов погрузились в личный разговор шепотом. Три песни спустя, я увидел, как возвращаются Эмили и Хэл, и когда подошла жена, я увидел легкий блеск от испарины на ее руках и шее.
— Хэл — отличный танцор, — объявила моя жена пожилой женщине, которая подняла глаза, когда они подошли.
— О, это действительно так, — согласилась она с сияющей улыбкой.
Как только Эмили устроилась, я отправился в уборную, находящуюся возле входа. Оказавшись внутри, я обнаружил, что один человек стоит у писсуара, а другой занял кабинку, поэтому встал сзади в очередь.
— Как ты думаешь, Хэл получит ее? — раздался голос из кабинки.
Прежде чем ответить, мужчина у писсуара обернулся и посмотрел на меня, и от шока на его лице я понял, что он меня узнал.
— Забудь, — крикнул он, надеясь успокоить своего друга.
— Бьюсь об заклад, она будет хороша, — ответил мужчина в кабинке, не обращая внимания на настоятельный призыв.
Больше комментариев не было, и через несколько секунд он вышел. По его выражению стало ясно, что он тоже меня узнал, и оба мужчины поспешно и неловко вышли. На самом деле я гордился тем, что сдержал свою раздражительность, и понял, что виной ее отчасти была
Экстремальное приключение на работе перед отпуском. Часть-3.