никогда не видел или по крайней мере никто никогда не рассказывал о своём с ними свидании. Но, упорные слухи, ходившие по всему известному миру, говорили, что эти маги вооружены и экипированы совсем не так, как привычные данному миру воины.
— Что такое, моя дорогая мачеха? Я должен был быть мёртв? Ну, извини, так уж вышло. В твои планы вмешалось провидение в виде вот этих вот людей, — карлик небрежно махнул на вошедших с ним воинов.
— Стража! Стража, сюда! — Квинлиа опомнилась и попыталась переломить ситуацию, но Беал лишь поморщился.
— Дура, твоей стражи больше нет. Они все без сознания и скоро будут моими рабами. Как и ты, кстати. А пока — раздевайся.
— Что? Беал, ты понимаешь, что ты сказал?
— Послушай Квинлиа, мне лично на тебя наплевать. Но, мои люди хотят попробовать благородную даму — когда ещё у них будет такой шанс? Они это сделают в любом случае, но если ты будешь сопротивляться — тебе будет больнее.
Квинлиа оглядела спутников выжившего карлика. Это были не инквизиторы — те вряд ли бы стали тратиться на удовлетворение своей похоти. Разбойники или наёмники, хотя и странно выглядящие. А значит — можно попытаться поторговаться. В конце концов, все они воюют за деньги.
— Послушай, завтра сюда приедет новый маг. Через пару дней — мой сын. У вас нет шансов. Но, если ты отпустишь меня и Листейну — я попрошу Глиана не казнить тебя, а позволить тебе вернуться в Академию. Не будь дураком, давай договоримся.
— Так же, как ты договорилась со мной, благородная сучка? — Гьизолина вышла из-за спины чернокожего мужчины, — ты же знала, что он не маг, и у него нет на заклинании ничего! Ты специально подставила меня прекрасно зная, что я останусь с носом. И ты предлагаешь кому-то с тобой о чём-то договариваться?
— Послушай, ты всё неправильно поняла, я вовсе... — но, Гьизолина лёгким прыжком сократила дистанцию и хлестнула пластиком тактической перчатки прямо по лицу Квинлии. Та вертанулась юлой и упала наземь. Листейна взвизгнула в углу, но не рискнула что-то делать. А вот полнотелая служанка с визгом рванулась на помощь госпоже, схватив в прыжке небольшую табуретку. Однако, её визг вдруг оборвался хрипом — белокурая воительница среагировала мгновенно и в молниеносном скачке оказалась рядом с несостоявшейся спасительницей. Короткий удар в поддых, как окончание прыжка, отправил служанку на пол. Затем блондинка подошла к корчащейся на земле женщине и коротко приказала: «На живот, руки за спину!» Когда служанка выполнила приказ, воительница смотала её руки и ноги какой-то странной лентой, из-за чего толстушка смогла только извиваться на полу, как червяк.
— Благородная, мне всё равно, что ты на самом деле имела в виду, — продолжала Гьизолина, — Ты меня обманула, и ты за это заплатишь. Но, сначала тебя трахнут наши с Беалом новые друзья, а потом уже я буду играться с тобой. И мой тебе совет — не ругайся с ними. Раздевайся сейчас, сама, пока нам не пришлось резать твою одежду на лоскуты вместе с кожей.
Квинлиа завертела головой, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации, как вдруг острый как бритва кинжал чиркнул ей по лицу, оставляя на щеке красный след. Она инстинктивно схватилась за разрезанную щёку и отшатнулась, а Гьизолина процедила: «Шустрее! Следующим будет глаз!» Поняв, что враги не шутят, Квинлиа начала торопливо развязывать тесёмки платья на спине.
Кровь капала с щеки на платье, а затем, когда платье порхнуло на пол — на покатые круглые плечи, большую налитую грудь с тёмными ореолами вокруг крупных
Моя Ирина