лапы, если я ему выдавала за усердие конфетку из бонбоньерки. Еще какое-то время он провел под моими пышными юбками, предварительно расшнуровав панталоны и вылизывая меня только что не на ходу. Не кончила, но не могу сказать, что было неприятно. Юра же кончил стоя на четвереньках, одной рукой терзая свой член, а я молча стояла рядом, поставив ногу на его спину. Когда он завершил процесс, ногу снимать я не торопилась и какое-то время просто смотрела на него, голого и покорного. Он же затих и немного нервничал, так как время, отведенное нам, уже заканчивалось.
В конце концов я сжалилась над ним, ногу убрала, и мы отправились к машине, где Юра сначала помог переодеться мне, а потом сделал это сам. Тогда ему было 37 лет, и следующие три года он ко мне регулярно ездил. Каждый раз выискивая новые уголки, где я могла водить его голого на поводке. Потом он женился, а через пару месяцев после свадьбы заехал и привез огромный букет роз. Я думал, что мы снова будем разрабатывать план проникновения в одну из московских усадеб, но Юра, вручив мне букет, сказал, что супруга в восторге от его предпочтений и он хочет поблагодарить меня за то, что я была такой понятливой. Но теперь наши пути расходятся, и он очень извиняется, но... Тут я остановила его излияния, чмокнула в щеку и пожелала им счастья (почти искренне кстати, хотя потерянных денег все равно жаль, да и любила я этот драйв с ним). Так что не удивляйтесь, если вечером или ночью, сквозь ограду одной из московских усадеб, вы увидите две фигуры — женщину в старинном платье, а рядом с ней на четвереньках, лысого мускулистого голого мужчину.
Это, конечно, не все, что я могу рассказать про первый раз. Но хорошего понемножку, правда ведь?
Пусть будет так, дорогая