одна из подруг. — Мы просто сидим и выпиваем, ты тоже можешь с нами!
— Зорька, скажи ей! — присоединилась третья.
— Девчонки, извините, Фейка допоздна работает, и она устала! — Зорька поспешила спрятаться за свою более рослую подругу.
— Ну так после работы тем более надо выпить! — похоже, все три девушки были изрядно навеселе. Фея напряглась, судорожно пытаясь решить, что ей делать. Сможет ли она выставить всех трёх из их квартиры? А если пьяные девушки не захотят? А если они полезут в драку?! С тремя она не справится! Попадёт в милицию либо как потерпевшая (хорошо, если не в морг), либо как обвиняемая, если ей всё-таки удастся их оглушить! Что делать?
— Одиннадцатый час, — с нажимом повторила девушка, решив изображать уверенность. — И я хочу спать. У вас есть пять минут, чтобы собрать вещи и освободить территорию. Сами уйдёте, или мне милицию вызвать? — Фея пыталась блефовать: она была совершенно уверена, что милиция, если вообще ответит на вызов, приедет ну очень нескоро. Однако её угроза всё же подействовала.
— Ну и иди ты нахрен! — недовольно проговорила одна из подруг Зорьки. — А мы пошли с Зорькой пить и развлекаться! Зорька, ты ведь с нами? — спросила она, уверенная в положительном ответе.
— Нет, извините... — блондинка поспешила снова спрятаться за спиной более рослой брюнетки. — Сейчас уже поздно, я не в форме и вообще!..
— Ну, мы тогда завтра зайдём? — предложила другая девушка.
— Никаких завтра! — отрубила Фея, которой вовсе не улыбалось ещё и завтра прогонять их из квартиры. (Хотя, может быть, завтра они будут потрезвее?) — Сказано: не больше одной гостьи зараз!
— Блин, Зорька, ты извини, конечно, но твоя соседка — она какая-то долбанутая! — недовольно вздохнула одна из девушек. Нетрезвым гостьям ничего не оставалось, кроме как одеваться, недовольно ворча на Фею и вздыхая, что Зорька с ними не пойдёт. Фея молча стояла у дверей прихожей, скрестив руки на груди и сурово глядя на пьяных гостий, а Зорька держалась за её спиной. Наконец, гостьи удалились, и Фея, с огромным облегчением выдохнув, закрыла за ними дверь.
— Спасибо! — как только Фея повернулась от двери, Зорька бросилась ей на шею, обнимая её и прижимаясь к ней. — Ты меня спасла!
— Что случилось-то хоть, и от чего, и от кого я тебя спасла? — уточнила Фея, машинально приобняв подругу, — мол, я тут, всё в порядке, я готова тебя защитить.
— А... — Зорька вздохнула. — Это мои подруги из музыкалки. Пришли вот... стучали в дверь, звонили, открой, и всё такое, у нас есть пиво и водка. Пришлось открыть... а они оказались уже пьяные, давай меня лапать, наливать мне... Если бы ты пришла чуть попозже, меня бы уже раздели и трахали бы во все дырки.
— Не надо было им открывать, — заметила Фея.
— Не надо было, но... — Зорька вздохнула. — Я им не открою, а они потом будут возмущаться, чего это я им не открыла, не подруга, что ли. А мне с ними ещё учиться, я не могу их просто так взять и послать.
— А они точно твои подруги? — хмыкнула Фея.
— Ну... мы с ними вместе в музыкалке учимся. И... там многие девчонки думают, что раз я танцую голой в клубе, то со мной можно всё, я никому не должна отказывать, и так далее. Вот... стоило одной рассказать, чем я занимаюсь, и через неделю об
Старого Ивана Петровича надо трахнуть (ночное бдение обнаженной геронтофилки)