и спал тут до утра. И про то что у нас тут был никому не слова! Понял?
– Понял, – ответил Коля.
– Я тебя выпущу потихоньку на улицу, а сама в душ.
Признаться, он был немного ошарашен сменой обстановки. Только пару минут они занимались с этой женщиной извращенным сексом, а теперь она так буднично выставляет его прочь. Ни спасибо за доставленное удовольствие, ни хотя-бы поцелуя.
На завтраке он встретил маму. Вид у неё был довольно помятый. Чувствуя угрызения совести, она почти не расспрашивала сына где он был. Живой и ладно. Потом подоспел и его приятель.
– Ты где был? – спросил Сашка скорее для начала беседы, чем ради интереса к делам приятеля.
– Спал в домике. Сам не помню, как там оказался.
– Ну я так и знал, что у тебя ничего не выйдет! Кто же так делает. Ещё и напился как свинья...
– А у тебя что?
– Я своё получил! – жарко прошептал Саша, – Пошли мы значит с этой Ниной Георгиевной гулять под ручку. А она оказывается седьмая вода на киселе, со стороны невесты. Разведёнка, тридцать шесть лет, бухгалтером на каком-то заводе работает. Но баба в самом соку! Ты же видел, как она тебе?
– Хороша для своих лет! – подтвердил Коля, – И что дальше?
– Ну она про то, про сё. Про тяжелую женскую долю, про то что без мужа. Про это все пьяные женщины жалуются. А я всё ей сочувствую, сочувствую... а сам всё ближе прижимаюсь. Дошли мы значит, до сарая для сена заброшенного, уже за территорией кемпинга – ну тут я к ней целоваться полез. Сначала отворачивалась – не надо мол Сашенька, да не надо! Увидеть мол могут. А потом как ко мне присосалась! Сама меня телесами своими к брёвнам прижала, и взасос целует, грудью налегает. А я момент просёк что пора её брать, и по ляжкам её ласкаю. Она сначала всё ноги сдвигала, но потом сдалась! Я пальцами пизду её сколькую нащупал и до клитора добрался. Ласкаю там аккуратно пальчиком, а у неё аж глаза закатились! Дышит как паровоз, да стонет.
– И?.. – уже с интересом спросил Коля.
– Да что, что... Стол там какой-то в углу очень кстати стоял. Я спиной её на него завалил, трусы сдернул и давай ебать! Кончил ей прямо в пизду.
– А она что?
– А дальше всё не очень хорошо было... – сказал Сашка понурившись.
– Чего не хорошо?
– Да расплакалась она! Мол соблазнил я её, а потом изнасиловал! Не поймёшь вообще этих баб! Сама же отдалась... Охала, ахала пока ебал! Убежала вся в слезах, тушь по щекам течет.
– Дела... Не боишься, что она кому-нибудь расскажет?
– Да никому она не расскажет! Её саму же обвинят в том, что в половую связь с подростком вступила.
– Ну, да. Тут конечно опасаться нечего, если не дура совсем.
– За то, какой у меня трофей остался!
Оглянувшись по сторонам и убедившись, что вокруг никого нет, Сашка извлёк из кармана кружевные женские трусы и аккуратно развернул их как ценный музейный экспонат. Смотри эта Нина Георгиевна – настоящая блондинка, указал юноша на пару, прилипший тому месту где должна находится женская промежность, русых завивающихся колечками волосков.
– Ага, точно! А я думал она крашеная.
– То-то, неудачник. Учись как надо баб, которые тебе в матери годятся, надо на еблю разводить! – горделиво произнёс Саша, – Но ты не дрефь! Если будешь стараться и у тебя получиться.
Такого высокомерия, Коля выдержать не мог! Борясь со своей совестью, он тоже опустил руку в
Семейная Гордость