все на людей, которые не стесняются друг друга. Правда, даже джакузи есть, не считая душа и биде.
– А как насчет покушать? – немного робко поинтересовалась не успевшая даже чаю выпить с утра Люба.
В таких апартаментах ей бывать еще не приходилось. Похоже, что даже простая ночевка здесь влетит Инге в копеечку. Впрочем, к чему считать чужие деньги?
– Вот для этого мы и прихватили вечерние платья, – засмеялась брюнетка. – Здесь отличный ресторан. И вкусно, и спокойно. Надеюсь, аборигены будут сегодня пускать слюнки на таких женщин, как мы.
– Тепло здесь, – немного невпопад сказала Люба.
Наивно думая, что демонстрирует хоть такую самостоятельность, она стянула через голову мохнатый сизый пуловер и забросила его на кресло, оставшись в тоненькой белой футболке, через ткань которой четко прорисовывались её соски.
– Вот ты какая! – с толикой восхищения пробормотала Инга, до сих пор видевшая блондинку только на работе в разных просторных свитерках и кофточках.
И она, по-мужски прихватив Любу за талию, коснулась её губ сперва легким, едва заметным поцелуем, а уж потом началась искренняя игра язычков, покусывание губ...
Давно уже блондинка так от души и с наслаждением не целовалась. Обычно случайные мальчишки норовили побыстрее вставить свой инструмент ей между ног или за щечку, пренебрегая поцелуями. Папик же, кажется, и вовсе брезговал касаться её губ, предпочитая после секса деловитый чмок куда-то в шею. И даже нынешние приятели по постели Федя и Вася не стремились узнать вкус её рта.
А вот Инга стремилась. Крепко прижимаясь губами к губам, играя язычком во рту, и еще при этом крепко, но не болезненно, а сладко и возбуждающе мяла, тискала, ласкала через футболочку упругую молодую грудь Любы, старательно уделяя время напрягшимся уже соскам.
Брюнетка, как сама начала, так сама и закончила немного затянувшийся поцелуй, слегка оттолкнув от себя партнершу.
– Фу, самой стыдно, – резко встряхнув головой, словно отгоняя наваждение, призналась она. – Мне всегда больше нравилось целоваться с девчонками. У них такая нежная кожа, никакой небритости, а запах... Все! Любаня, мы раскладываем вещи!
И в самом деле, рано было увлекаться интимными играми. И девушки занялись исконно женским, любимым всеми без исключения делом: раскладыванием привезенных с собой вещей по полочкам шкафа в прихожей с одновременной – нет, не примеркой! прикидкой того или иного платья, бюстгальтера или ночнушки к своему телу.
Люба увлеченно помогала Инге и не переставала удивляться отношению брюнетки к себе. Казалось бы, одна в полной власти другой, делай, что хочешь. Распорядись, и блондинка слова против не скажет, вылижет, как умеет, поласкает пальцами или пластиковым заменителем. Так уже было почти год назад, когда она только-только приехала в столицу и «отрабатывала» свой прием в магазинчик старой мымры. Впрочем, старой-то она не была, всего сорок с хвостиком, но вот мымрой – точно без скидок. Так было и с папиком, который сперва договорился с начальством Любы и даже, думается, отстегнул им денежку малую. Так случилось бы и с нынешним директором Ваней, несмотря на его привлекательную внешность и дружелюбный стиль общения, если бы не его жена.
А Инга не распоряжалась. Вела себя, как старшая по возрасту и опыту пребывания в столице. Подсказывала без нажима. Разъясняла без учительских интонаций. И предлагала так, что отказать было – невозможно.
Вот и сейчас, покончив с разборкой привезенных с собой вещей и закинув в спальню небольшой пакетик с какими-то интимными прибамбасами, брюнетка позвала:
– Пойдем, в ванне поваляемся с дороги, ага?
И принялась раздеваться прямо в гостиной, коротко и деловито пояснив Любе: «Там места маловато». Блондинка последовала её примеру, да и что особенного
Одна Любовь на всех (Части 6 - 8)