В понедельник на остановке пригородного автобуса собрались пятеро молодых людей. На вид им было от 15 до 20-ти с небольшим. Однако на самом деле всем исполнилось по 18—19 лет, а один недавно отметил 20-летие. Все были в приподнятом настроении. Парни искренне радовались, что суровая «англичанка» неожиданно согласилась на отчаянное и наглое предложение Ильяса Тиняева (тот самый 20-летний здоровяк) помочь по хозяйству. Получить зачет на шару уже было здорово, и плюс к тому же каждый в душе лелеял надежду, что в домашней обстановке неприступная Зарина Алексеевна окажется не такой уж и неприступной. И, чтобы помочь «англичанке» расслабить булки (во всех возможных смыслах этого выражения), участники кампании, не сговариваясь, взяли с собой разный алкоголь, надеясь уговорить её принять угощение или просто плеснуть в чай или другой напиток.
Исключением был только Антон Хвостиков — высокого роста, чуть сутулый тихоня и отличник. Он пропустил большую часть семестра из-за болезни, поэтому неизбежно провалил зачет и так попал в компанию веселых бездельников. Ребята приняли его в свое общество, хотя между ними и чувствовалась некоторая отчужденность, выражавшаяся в периодических шутках в его адрес, которые робкий Хвостиков принимал без возражений.
Дача преподши находилась в сорока с небольшим километрах от столицы региона — с учетом всех заторов и остановок путь занимал чуть более часа. Поэтому погрузившись в пустой, по случаю понедельника автобус, компания расположилась с комфортом в задней его части и принялась с азартом обсуждать: как можно добиться благосклонности горячей красавицы Зарины. Вскоре кто-то достал бутылку вина, которую тут же пустили по кругу. Отказался пить только, продолжавший отмалчиваться в малознакмой компании, Хвостиков.
Разговор пошел на более откровенные темы. Высказывались различные пожелания в отношении Зарины Алексеевны и предположения относительно её способностей в скорости, глубине и качестве взаимодействия с сексуальными партнерами. Особенный интерес «научного сообщества» вызвал вопрос о количестве партнеров, проще говоря — сколько хуёв она сможет принять сразу во все дырки.
В итоге пришли к общему выводу, что любая победа может считаться безоговорочной, только после того, как англичанке «хорошенько провентилируют дымоход» и лучше всего при свидетелях с обязательной фото-видеофиксацией. Полпобеды присуждается если распечатать анал не получится, но Зарина сделает минет с окончанием, а вот куда кончать: в рот или на лицо — здесь мнения расходились (тема сисек осталась нераскрытой). О своих притязаниях на первую победу конечно заявил Тиняев, утверждая, что если и не сможет прорваться с тыла, то уж минет (по его выражению «выстрел в башню») точно будет добыт. Возражений на это заявление не последовало, зато последовала по рукам вторая бутылка вина.
Тем временем Зарина готовилась к встрече своих добровольных помощников. Садоводческое товарищество «Красный пахарь» было таковым только по названию. Но не было оно и тем, что принято называть «местной рублёвкой». Скорее это был полузакрытый клуб бывшей партийной номенклатуры. В общем «обкомовские дачи».
Хотя многие из членов товарищества сохранили и даже преумножили своё влияние, они остались верны прежним привычкам и знакомствам. Старых людей никто не выгонял, а новых принимали только по семейной линии. И если человек входил в этот клуб, то его принимали безоговорочно. Поэтому, несмотря на то, что бывший тесть и муж Зарины выпали из обоймы по не зависящим от них юридическим обстоятельствам, на её положении в сообществе это никак не сказалось.
Зарина приехала на место ещё в пятницу:
Во-первых, для поддержания своего реномэ, необходимо было отдать визиты старожилам. Сделать это в будни было невозможно, так как по негласной традиции большинство дачников собирались в поселке именно по выходным. С понедельника по пятницу товарищество обычно пустовало.
Неожиданное счастье